Игра фантазий

В очередной раз ощутив резкий толчок глубоко в себе, Мике почувствовала ту же самую дрожь на теле своего любовника. Лениво улыбнувшись, она мечтала лишь о том, чтобы погрузить свои пальцы в его темные, густые волосы, но, увы, со связанными руками, это было невозможно. Поэтому, просто наслаждаясь его близостью, Мике расслабленно вздохнула, позволяя бурным волнам поглотившего ее наслаждения уносить ее все дальше и дальше от этого мира.

Рикардо опомнился первым.

Его тело блестело от пота. Мышцы были напряжены до предела. Но все же чувствовал себя он просто превосходно. Посмотрев на свою утихомирившуюся партнершу, он едва заметно ухмыльнулся, стоило ему только заметить блаженное выражение ее лица. Что ж, похоже, ее утренний приступ миновал."

"Нежно поцеловав Микелину в плечо, он аккуратно развязал узел на ее запястьях, после чего не выпуская обессиленную девушку из своих рук, вернулся на кушетку со штангой. Пока он поспешно надевал на себя одежду, Микелина сидела на кожаной скамье, отстраненно смотря на валяющийся у ног шелковый халатик. Пытаясь сообразить, что именно она должна сделать, девушка вдруг заметила, что музыка резко смолкла, оставляя после себя отдаленный гул в ушах. Подняв взгляд, Мике увидела, как Рикардо через небольшой пульт отключил звук проигрывателя, после чего наклонился и, подобрав черный клочок одежды, сам накинул ей шелковистую материю на плечи, нежно укутав ее в халат, словно малое дитя. Благодарно улыбнувшись, она вновь радостно заликовала внутри, заметив, что его крепкие руки в очередной раз протянулись к ее телу. Достав из кармана штанов ещё один пульт, Моретти навел им на стеклянные стены, вновь возвращая им свою былую прозрачность. Расположив голову на широком мужском плече, Микелина расслабленно прикрыла глаза, с упоением позволив нести себя вдоль балконного коридора этого сказочного особняка. Когда же они вновь оказались в ее спальне, мужчина пронес свою драгоценную ношу в ванную комнату и, открыв дня нее стеклянную дверцу широкой душевой кабины, молча отстранился от девушки, стянув с ее плеч легкий, шелковый халатик. Неустойчиво стоя на своих ватных ногах, Мике словно только сейчас поняла, что ее больше не обнимают горячие руки Моретти. Наконец-то вспомнив, что она умеет разговаривать, темноволосая девушка поспешно обернулась.

– Ты разве не останешься?

Губы Моретти разошлись в ленивой усмешке. Легкая хрипотца в ее тихом голосе напоминала ему меленького ребенка, которого разбудили посреди ночи.

– Нет. Я приму душ в своей комнате.

Микелина непонимающе свела брови. Мысли не спешили возвращаться в ее рассудок, да и слова, похоже, тоже.

– Почему?

– Потому что, если я останусь, синьорина Риччи, то из этой ванной мы выйдем ещё нескоро.