Игра фантазий

Источником ее долгожданного покоя и умиротворения.

Резко раскрыв дверь, Микелина прошла за порог просторного зала, в котором на полную мощь играла оглушительная рок-музыка. Только сейчас сообразив о звуконепроницаемых стенах, она заперла дверь, решительно направившись к лежащему на небольшой кожаной кушетке мужчине.

Он заметил ее лишь в паре шагов от себя. Убрав увесистую штангу на стойку со специальным крепежом, Рикардо быстро поднялся со скамьи, внимательно посмотрев на столь нежданную гостью. Не нужно было особо всматриваться в эти кошачьи глаза, чтобы понять их внутреннее смятение. Микелину что-то тяготило. Разрывало на части. Но вместе с тем, в ней разгоралось настоящее пламя, от которого даже ему не было спасения. Словно прочтя разом все ее мысли, потребности и желания, он поспешно вынул из кармана спортивных штанов небольшой пульт, наставил на прозрачные стеклянные стены, которые через пару мгновений приобрели непроницаемый матовый оттенок, скрывающий их от всего остального мира.

Резко скинув с себя халат, Мике страстно прижалась к широкой груди своего любовника. Она не понимала: как и почему, но в одно мгновение он стал для нее целым миром. Таким новым. Странным. Порочным и немного пугающим. Но все же ее миром. И она больше не хотела жить за пределами его реальности. Они оба не знали, что ждет их впереди, но именно сейчас Микелина впервые отчетливо осознала, чего именно она хочет в этой жизни. Все ее желания, мечты и надежды сводились лишь к одному человеку – Рикардо Моретти… Возможно, она и была его ошибкой, но отныне он был ее Вселенной.

Не говоря ни слова, Мике приподняла голову, привстала на цыпочки и уже через секунду утонула в водовороте блаженного поцелуя, сотворенного горячими губами этого необыкновенного мужчины. Растворяясь в своих ощущениях, девушка прижалась обнаженным телом к бедрам партнера, дразня его пах своими откровенными прикосновениями."

"О, да. Она не ошиблась. Моретти был лучше любой самой грандиозной вечеринки, на которой она когда-либо веселилась. С ним она ничего не боялась. С ним она теряла расколовшуюся в глубоком детстве частичку себя и находила нечто целостное, глубокое и нерушимое благодаря крепким объятиям держащего ее мужчины, настроение которого менялась ежесекундно. Это чувствовалось во всем: в его движениях, в прикосновениях, в поцелуях. Он был диким, грубым, ненасытным. И лишь только иногда нежным. Словно на мгновение забывшись, Рикардо мог по неосторожности с особым трепетом провести рукой по обнаженной коже ее спины, но спустя всего мгновение его пальцы вновь приобретали более жесткий натиск настоящего собственника. Он был самцом, который не признавал занятия любовью, предпочитая нежности лишь жесткий трах.