Фантастика

Саундтрек у Роберта очень часто не совпадал, а то и контрастировал с происходящим. Вроде день как день, ничего особенного от него не ожидаешь, но музыка обещает: жди, готовься, сегодня что-то случится.

Поэтому, зная, что саундтрек никогда не обманывает, Дарновский с утра был настороже, глядел и слушал в оба.

Инструментальное богатство и симфонический размах концерта предвещали день необыкновенный, а между тем всё пока шло обычным чередом. Ну, кофе с молоком, чуть подгоревший тост, по радио пел Валерий Леонтьев, жена говорила про скучное.

Как всегда, опустив свои замечательные пушистые ресницы и неглубоко затягиваясь сигаретой, она лениво рассказывала про то, как встретила свою однокурсницу, дочь бывшего секретаря ЦК. Роберт эту Машу Демьянцеву помнил плохо, поэтому слушал вполуха – сосредоточился на саундтреке.

– Ну и чем она занимается? – рассеянно спросил он.

– Дурью мается, – вздохнула жена, сбив алым ногтем столбик пепла.

– В каком смысле?

– В прямом. Сидит на дури и жутко от этого мается. Когда папочка лег в Кремлевскую стену, муженек сразу сделал ласты Сама она ни черта не умеет. Распродает антикварку и колет всякую бяку. Другую бы посадили давно, но она все ж таки Демьянцева.

– Ясно. – Роберт подавил зевок. – Ты прямо сейчас на работу?

– Да. Потом к Людке поеду, обещала девчонкам новьё привезти.

Работа у нее была завидная – в «Совпарфимпэксе», папа пристроил. С загранками, с необременительным графиком, а главное, всегда имелся запас фирменных флакончиков с образцами духов, косметические наборчики, пудреницы и прочий дефицит Продавая эту мелкую чепуху подружкам и подружкам подружек, жена имела доход раз в десять больше своей зарплаты."

"Самостоятельная она была у Роберта. Золото, а не жена. Даже ездила на собственной «семерке». Две машины на семью – еще недавно это считалось бы верхом буржуйства, но времена переменились. Теперь вроде как ничего особенного. Некоторые вообще на иномарках раскатывают, и никто косо не смотрит.

Дарновский оглядел кухню – большущую, двенадцатиметровую, с финским гарнитуром, с югославской мойкой. На столе всё как положено: и настоящий «Нескафе» в банке, и сыр «виола», и апельсиновый джем – спасибо тестевой «кормушке». Но в последнее время всё это номенклатурное великолепие перестало Роберта удовлетворять. Неладно было что-то в совковском королевстве.

Сколько сил, сколько нервов, в конце концов, сколько Дара потрачено, а ради чего? Разваливается система, рассыпается к чертовой матери. То, что раньше казалось алмазами, превращается в дешевые стекляшки.

Взять хоть их квартиру. Юго-Запад, хороший панельно-кирпичный дом, 62 метра общей площади на двоих, чистый лифт, даже вахтерша в подъезде.