"Фантастика 2025-57". Компиляция. Книги 1-28

— Я, конечно, не ваш знаменитый лекарь, но картина болезни похожа на воспаление лёгких, — сказала Мила, — Эх, мне бы стетоскоп, лёгкие послушать, антибиотик бы… ну да… — она махнула крылом, — В общем так, слушай меня. Твоему отцу надо восстанавливать силы, поэтому марш на кухню варить бульон. Будешь поить его. Надо больше пить, морс сможешь? — она строго посмотрела на девушку.

— Конечно, — подтвердила та.

— Теперь травы. Я не знаю, что там у вас намешано в пузырьках, — Мила осмотрела всю армию бутылочек перед клеткой, — Но раз облегчения от них нет — всё убрать.

Зверобой, ромашка, мать-и-мачеха… Мила привыкла лечить современными средствами, но в детстве бабушка лечила её именно так.

— Прости, что так долго, но мы птиц не держим. Пришлось идти к соседям, — вошёл Добрыня.

В руках у него было блюдце с зерном. Мила с тоской перевела взгляд с блюдца на мужчину и покачала головой.

— Братец, ну ты… — всплеснула руками Дарина, — Я сейчас, подожди, — она направилась к дверям.

Брат проводил её изумлённым взглядом:

— Что случилось, пока меня не было?

— Я могу ему рассказать? — поинтересовалась девушка на пороге, ведь это не её секрет.

— Конечно, — кивнула Жар-птица.

Добрыня молча выслушал рассказ сестры, а потом удивлённо посмотрел на Милу:

— Но ведь отцу стало легче, ведь так?

— Да, — признала Мила, — Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы помочь, — пообещала Жар-птица.

— Спасибо, — промолвил Добрыня и, прикрыв дверь, вышел вместе с сестрой.

После завтрака все стали потихонечку расходиться. Кощей, Иван и Илья с Ником отправились к бане, попутно обсуждая, что там надо что-то подправить. Елисей полез на печку, мол, ночью на полу спалось плохо, надо бы сны досмотреть. Владыка тоже исчез по своим владычьим делам, он наскоро попрощался, даже не взглянув на Машу. От чего и без того невесёлая девушка погрустнела ещё сильнее. Евсейка ушёл по грибы. Волк отправился «лапы размять». После разговора с Владыкой с задумчивым видом откланялся и Леший:

— Ягодка моя, — Варя и Василиса прыснули со смеху, мужчина смерил их недовольным взглядом, — Я вынужден тебя покинуть. Дела, — пояснил загадочно.

— Надо, так надо. Пойдём провожу, сокол мой ясный, — встала Василиса со скамьи.

Сокол весь засветился от добрых слов.

— Надо же, нечисть, а на лесть падкий, — удивилась Катя, когда они ушли, — Девчонки, а может по кофейку на крылечке? А то я что-то не выспалась сегодня.

— Можно, сейчас организуем, — я направилась к самобранке.

— Ну, наконец-то, вспомнила про меня, — Баюн сидел у своей тарелки и смотрел таким голодным взглядом, что казалось, он не ел не меньше недели.

— Совесть есть? — фыркнула я, — Ел же недавно.

— Это у тебя совести нет.