Фанера Милосская

Многие мужчины успокаивают нервы сексом, тащат партнерш в кровать после моральной встряски. Значит, вы устроились в кабинете Краминова-старшего и…

– Там не было кровати, – вдруг хихикнула Полина.

– Неважно. Что случилось потом?

– В самый интересный момент дверь распахнулась, и я услышала голос, громкий, пронзительный. Он мне прямо в мозг вонзился! «А-а-а! Мамочка права! Она подружку прислала! А та предупредила: «Иди через чердак тихонько!» Олег отпрянул, а я смотрю: стоит девушка. Сначала подумала, что его сестра. Платье розовое в оборочках, челка до бровей, волосы в хвостиках, вся фенечками обвешана. А уж духами облилась! И запах сладкий-сладкий. Гляжу я на нее и медленно соображаю – сестре Олега примерно столько лет, сколько и ему, а тут, блин, семиклассница, и вдруг я поняла: это же Тина! Олег тоже прифигел. Так мы друг на друга втроем и пялились, как в зоопарке. Потом Тина в коридор понеслась. Бежит и приговаривает: «Папочке расскажу! Ты меня не любишь! Не хочу у вас жить! Папуля, забери Тиночку домой! Папуля-а-а!» Ну мы с Олегом за ней бросились, чтобы Тину остановить! Еще, не дай бог, и правда расскажет Павлу Львовичу о том, как застала нас в офисе поздно вечером. У него сразу вопрос возникнет: как мы в помещение, минуя охрану на первом этаже, проникли и что искали в его кабинете?

– А Тина, хоть и была не большого ума, быстро скумекала, что муж ей изменяет с другой. Вот радость-то для Павла Львовича! – безжалостно сказала я. – Интересно, с какой скоростью папочка Тины вытащил бы свою долю из бизнеса Краминова, узнай он об адюльтере и моральной травме дочери? Вот почему вы убили Тину.

– Нет, нет, – в ужасе отпрянула Полина, – что ты такое говоришь! Убили… Мы ее пальцем не трогали!

– Да ну? Куда же подевалась жена Олега? Ты весьма удачно исполняешь ее роль, отлично скопировала манеру одеваться и поведение. Но где оригинал? Она жива? Спрятана в укромном месте?

Полина затараторила со скоростью пулемета, проглатывая окончания слов, но я все равно уловила суть.

Тина, как всегда, сделала себе прическу из двух длинных хвостов. Вверху волосы были собраны махрушками, а концы девушка украсила заколками, похожими на большие невидимки. И, ясное дело, щедро обсыпанными стразами. Когда бежавшая Тина споткнулась и начала падать, один из хвостиков попал ей под лицо, заколка воткнулась несчастной прямо в глаз. Хлынула кровь…

Полина затряслась в ознобе.

– Ступенька, проклятая ступенька! Ой, мамочка, сколько было крови! Треклятая ступенька! Тина умерла сразу. Ступенька!

– Перестань причитать! – дернула я Полину за руку. – Я уже поняла, что произошло. Дальше!

– Мы испугались, Олег впал в истерику. Вцепился в меня и шепчет: «Делай что хочешь.