Головоломка для практикантки. Фамильный приговор

По контурам и очертаниям Лев Иванович понял, что кто-то втащил Сомова внутрь и оттолкнул в сторону, а сам полковник за какую-то долю секунды оказался сдавлен сильными руками и прижат к стене. К горлу было приставлено лезвие ножа. Дела обстояли для Гурова не самым лучшим образом.

– Загорский, отпусти немедленно, – прошипел, задыхаясь, Гуров.

– Вячеслав Сергеевич, не нужно, правда. Там их целая шайка наверху, у вас ничего не выгорит.

– Послушай Сомова, он дело говорит, – продолжал жадно хватать ртом воздух Гуров.

– Даже если вы прирежете этого, нам все равно не выйти, будут стрелять на поражение, мне так менты объяснили. А так будем все живы.

Загорский взглянул на Сомова, потом на Гурова и ослабил руки. Лев Иванович закашлялся и машинально потер горло, у которого секунду назад был нож. Кажется, Загорский одумался…

– Ты что, сбрендил, отдай нож немедленно, – приказал Гуров.

– На, возьми, – пренебрежительно сказал Загорский и бросил нож на пол.

Тут в помещение вбежали ребята из группы захвата, опоздав к самому волнительному моменту. Глядя на нож на полу и взволнованного Гурова, они не понимали, что произошло, но очень резво окружили Загорского и заломили ему руки.

– Отпустите, ребята. Все в порядке, – попросил Лев Иванович.

– Действительно, чего накинулись? – огрызнулся Загорский, который оттолкнул всех и спокойно сел на рядом стоящий диван.

– Показывай владения, – разряжая обстановку, сказал Гуров, демонстрируя, что уже забыл неприятный инцидент, который был минутой ранее.

– А что тут показывать? Бункеров не видал, что ли? – в хамской манере ответил Загорский.

– Представь себе, не видал, – спокойно сказал полковник.

– Ах да, куда ж тебе с твоей нищенской зарплатой, мент?

– Ты мне нервы не жги. Все имеет свои границы, в том числе и мое терпение. Будь добр вести себя прилично и адекватно, иначе дружбы не получится.

– Тамбовский волк тебе друг, а не я, – продолжал грубить Загорский.

Гуров старался не поддаваться эмоциям. Его, конечно же, выводил из себя этот тон и манера общения Загорского, но впереди был длительный допрос, нужно было вытащить из него по максимуму информации, поэтому все же следовало нащупать точки соприкосновения.

– Ладно, не злись, – с безысходностью в голосе проговорил Загорский. – Ты толковый мужик, делаешь свое дело, к тебе претензий нет. А вот мои амбалы подкачали. Нужно было уволить всех к чертовой матери. Идем, покажу тебе свои владения.

– Охотно посмотрю.

Гуров не врал, ему действительно было интересно, как устроен этот бункер. И раз уж представилась такая возможность, то нужно было убивать двух зайцев сразу: удовлетворить свое любопытство и идти на сближение с тем, кто прольет свет на правду.