Моя фамилия Павлов (СИ)

"

"Тоже самое творилось и на Карельском перешейке, где аналогичную линию строили в ударном темпе от Финского залива, до Ладожского озера. Даже расстояние было почти таким же, лишь немногим большим, зато надёжно закрывало путь финнам и немцам к Ленинграду с обоих направлений. Также проложили и дороги вдоль линии укреплений и тут очень пригодились инженерные машины, опустив отвал, сорокотонный бронированный монстр просто пёр напролом сквозь леса, но даже и он не везде мог проехать напрямик. Порой ему на пути встречались такие камни, что даже он не смог бы их не то что убрать с дороги, а даже хоть немного сдвинуть, ну и разумеется овраги, которых в Карелии хватало и они были крутыми и глубокими. В таких местах просто срывали отвалами часть грунта, сглаживая проход и делая возможность проезда техники, а затем трамбовали его, по возможности подсыпая туда щебёнку, для лучшего качества дороги. Для сухого времени такие дороги вполне были проходимы и должны были сыграть свою немалую роль в деле обороны. Таким образом Попов и Жданов на сколько смогли, обезопасили основные направления, по которым должен был наступать противник. Эти действия намного облегчили оборону города, когда позже противник достиг этих укреплений, то надёжно завяз перед ними, качественно построенные и обороняемые достаточным количеством войск, они заставили противника остановиться. По крайней мере пока ни о какой блокаде не могло быть и речи, вовремя использовав свои силы и возможности, Попов и Жданов смогли остановить врагов на дальних подступах к Ленинграду и теперь остальное уже мало от них зависело, со своей стороны они сделали всё, что только было можно.

Глава 9

Достаточно быстро захватив Прибалтику, командующий группой армий «Север» генерал-фельдмаршал Вильгельм фон Лееб, перенаправил свою 4-я танковую группу генерал-полковника Гёпнера на меня. Это ставило мой фронт в очень опасное положение, так как мой западный фланг оказался открыт для немецкого удара. Хотя сейчас всё и шло с заметным опозданием, но всё же немцы продвигались вперёд, и мне было просто необходимо на это реагировать. Пришлось в срочном порядке перебрасывать оба моих мехкорпуса на западный фланг, а самому просить о срочной встрече у Сталина, потому что без его одобрения я не мог действовать дальше, чо бы обезопасить свой фронт.

12 июля 1941 года, Кремль, Москва.

Я довольно быстро, всего в течение дня, получил разрешение на встречу. Кроме самого Сталина, в его кабинете, правда по моей просьбе присутствовал и маршал Шапошников, а кроме него там к моему удивлению оказался и Жуков.