Факультет проклятых

Еще раз ощутить разрывающую боль потери я просто не могла! От одной мысли об этом рассудок окончательно отступил, открывая дорогу чему-то темному, древнему и разрушительному. Тело отреагировало мгновенно, рефлекторно выставляя защиту, ощерившуюся на врага тысячами тонких ледяных игл. Из горла вырвался звенящий, чужой, нечеловеческий шелест:

– Не подходи, тленнииик. Это нашшше. Нашшеее!

И глава Домена Тлена отшатнулся. В глазах его промелькнул страх, заставляя ощутить торжество. Враг был слабее нас! Он нас боялся!

Но внезапно силы иссякли и в глазах потемнело.

«Резерв… его слишком мало», – мелькнула короткая мысль, прежде чем я упала на грудь Айландира и сознание отключилось.

Глава 18"

"Сознание возвращалось к Айландиру медленно и неохотно. Голова гудела. Обрывки мыслей ворочались в ней как старые жернова, складываясь в цепочки с огромным трудом.

Что с ним произошло?

Последнее, что он помнил, – проклятие отца, которое Айландир благодаря искаритам успел перенаправить на себя. Проклятие, которое оказалось слишком мощным для его и без того потрепанной защиты. Проклятие, которое его убило…

Или нет?

«Я думаю, значит, все еще существую».

Тленник усилием воли заставил себя все-таки открыть глаза и обнаружил, что находится в собственной спальне, в Грейв-холле.

Все-таки жив. Каким-то чудом. Видимо, отец в последний момент все-таки успел деактивировать собственное проклятие.

«Не успел».

В памяти вспыхнул испуганный, обреченный взгляд отца и по телу волной прошла болезненная судорога. Все естество Айландира до сих пор помнило ту дикую, испепеляющую боль заклинания, пожирающего саму его суть. Боль, которая почему-то резко прекратилась, когда… когда…

От попытки вспомнить, что произошло дальше, голову сдавило словно в тисках. Он глухо застонал, но продолжил прилагать усилия по возвращению собственных воспоминаний. И у него получилось!

Перешагнув грань между жизнью и смертью, организм Айландира словно получил импульс и пробудил в нем самом нечто, до сего момента глубоко спящее. Нечто, что позволило ему измениться и на миг стать кем-то совсем другим. Бесплотным. Недоступным для магии отца. Стать практически неуязвимым! А затем восстановить собственное тело обратно.

Но как такое возможно?! Призраки не могут возвращаться в мир живых! Не могут! Если только…

«… Если только это не Тени».

От невероятной догадки в кровь ударил адреналин, и Айландир судорожно втянул носом воздух.

Ева говорила, что его браслеты похожи на ее диадему. И по внешнему виду, и по странному поведению с исчезновением и появлением после сильных эмоций. Отец с Артесом, обсуждая новое оборотное заклинание, помнится, тоже о Тенях упоминали.