Факультет проклятых

Ларец, с которого уже сняли все защитные заклинания! Кто бы на моем месте устоял? Вот и я не смог. Подкрался с желанием хоть на миг прикоснуться к таинственным и столь важным артефактам. Дашш, меня к ним словно магнитом тянуло! Взял браслеты в руки… и тут словно помутнение нашло. До безумия захотелось их примерить. Я и опомниться не успел, как надел оба. Вот только… только едва артефакты коснулись кожи, как пропали! Растаяли оба, будто и не было их никогда! – Айландир нервно дернул рукой и оправил рукав рубашки. – В общем, перепугался я тогда сильно. О том, чтобы признаться во всем отцу, не было и речи, так что я просто спрятался снова и стал молиться, чтобы меня не нашли и не заподозрили. В том, что поиски виноватого будут, я не сомневался. Ведь ценнейшие артефакты пропали! Однако мне повезло дважды. Во-первых, меня не обнаружили. А во-вторых, артефакты тоже искать не стали.

– Почему? – не поняла я.

– Отец хоть и сильно расстроился, но сказал, что браслеты, видимо, пропали из-за того, что он снял защитные заклинания. Эти заклинания удерживали их в ларце, а без них артефакты, судя по всему, вернулись в какое-то родовое безвременье, как должны были сделать уже давно. В общем, он корил исключительно себя и свою недальновидность. Ну а я немного успокоился, когда узнал, что ничего не испортил, и исчезновение браслетов было неизбежным.

Айландир замолчал и вновь начал подниматься по лестнице. Видимо, посчитал рассказ оконченным. Однако для меня он таковым не являлся. Ведь Айл почему-то винил себя в смерти брата! Поэтому я напряженно уточнила:

– А что случилось потом?

– Потом? Потом отец и Артес, немного посовещавшись, решили продолжить испытание без браслетов, – не оборачиваясь, откликнулся он. – Артес активировал заклинание и погиб. Сгорел в зеленом пламени как обычный дашшев призрак.

– Господи…

– Это выглядело жутко. Да, – бесцветно произнес Айландир. – Но еще более жутко выглядел отец. Побелел весь, разом, стоял и бормотал что-то себе под нос, а когда прибежала в истерике мать, лишь нес что-то невнятное про забытое проклятие. В общем, чуть умом не тронулся. А мать… она тронулась окончательно. И тем же вечером попыталась заблокировать мои магические способности. Отец ее еле остановил, и с той поры мать сидит взаперти. Ну а мне запрещен доступ к библиотеке ради моей собственной безопасности.

– Какой ужас, – прошептала я. – Мне очень жаль. Прости, что спросила.

– Ничего. Давние события. – Айландир мотнул головой. – И вспомнить все равно пришлось бы, раз браслеты, как оказалось, никуда не исчезли, а все это время были на мне. Кто бы мог подумать…

– Но почему они не проявлялись раньше?

– Я не так часто испытываю настолько сильные эмоции, а такие, как с тобой, – и вовсе ни разу.