Факультет Драконьих наездниц

Да и сил без еды и воды у него было немного, дракон заметно исхудал, костные наросты стали выпирать, а морда стала более угловатой и вытянутой. Но это пустяки! Откормить всегда можно, а вот привить тягу к жизни — намного сложнее.

Я пригнулась к спине дракона и сосредоточилась на магии. Я удерживала ею дракона и в то же время контролировала и держала на всякий случай заклинание левитации, если дракон все-таки завалится на сторону. Сделав круг вокруг академии, я погладила чешуйчатую шею.

— Ты молодец, — шепнула я, не сомневаясь, что дракон услышит. — Давай вернемся назад. Больше тебя никто не обидит.

Внутренне я напряглась, сомневаясь, послушает ли меня дикий, но он, к моему огромному облегчению, зашел на вираж и направилась к загонам. Приземление было жестким. Мне все же пришлось использовать заклинание левитации, отскакивая в стороны, а дракон пропахал носом метров пять земли, оказавшись прямо у колодца. Я быстро подскочила и, набрав в деревянное ведро воды, подставила его к носу дракона. Приоткрыв глаза, дикий взглянул на меня и высунул язык, не в силах пить. Пришлось стягивать с себя объемную рабочую кофту, мочить её водой и вставлять в рот дракона, как огромную соску. Но миссия была выполнена — он попил! А потом и поел! И вообще вел себя как хороший мальчик!

Когда уходила из загона ближе к вечеру, увидела в дверях того погонщика. Он смотрел на меня с интересом. Стянув с себя плащ, он сказал:

— Там дождь. Укройся.

— Спасибо, — не стала отказываться от помощи. Можно было проявить гордость, отказаться, но это было неразумно — раз погонщик признал свою ошибку и первый пошел на мировую, стоит этим воспользоваться. Дипломатия. — Не трогайте его больше, пожалуйста. Считайте, что он под моей ответственностью. А если все-таки с ним что-то случится…

— Городская стража, я помню, — хмыкнул мужчина и кивнул в сторону выхода. — Иди уже, сердобольная ты наша.

На улицу я выбежала под дождь, накрывшись плащом, но с улыбкой. Главное, что дикий будет жить!

Более того, погонщик сдержал свое обещание, а ректор ни о чем не узнал! Всю неделю после занятий я ходила к дикому, помогала ему освоиться, откармливала и летала на нем. Он ведь первый дракон, не считая того разумного, которого я оседлала! Он для меня особенный, о чем я неустанно твердила этому дракону. А тот, казалось, с каждым днем становился все более привязанным ко мне: иногда мне казалось, что он фыркает на мои шутки, будто все понимает. Да и смотрел он так… еще немного, и я бы поверила, что передо мной — разумный. Но нет, этого не могло быть.

Тот погонщик периодически наблюдал за мной с задумчивым взглядом, но не приближался к нам и не пытался как-то остановить меня, за что я уже была ему благодарна. Вот так и пробежала последняя неделя.