Факультет бытовой магии

Что-то нестерпимо обожгло внутреннюю сторону ладоней и колени.

Но испытывая жуткий страх, я старалась не обращать на это внимания.

Ползая на коленях в кромешной темноте, наконец, упёрлась в стенку цветка.

Да, я была здесь от силы минуту, но она казалась мне вечностью.

- Злата, ты меня слышишь? - донеслось до меня снаружи. - На середину ползи. Я отожму ей пасть.

Закрутившись волчком, я громко вскрикнула: что-то вязкое мазнуло плечо, и стало вдруг так больно. Словно ужалили.

- Злата, делай, что говорю.

Закивав самой себе, я поползла скорее на голос. Под моими ногами появилась маленькая щель. Внутрь тонкими рассеянными лучиками проник свет. Теперь я могла хоть что-то рассмотреть. Сверху послышалось лёгкое бурление.

Странный звук, словно у кого-то несварение.

Дрожа от страха, я подняла голову и что было сил завизжала. Надо мной буквально над самой макушкой извивались змеями многочисленные тычинки, а посередине, словно пасть гигантского червя, пульсировало рыльце этого цветочка.

Мерзкая жуана собиралась меня переварить или попросту сожрать, впитав в себя.

- Бронислав!!! - взвыла я сиреной. - Вытащи меня, пожалуйста!!!

- Успокойся, - тут же ответил он ледяным голосом, - возьми себя в руки. Дави что есть силы там, где свет.

Повторять мне не пришлось, я со всей дури упёрлась ладонями в хищные лепестки и попыталась увеличить щель.

Я мало соображала, мной двигал страх.

Света становилось больше.

Показалась чья-то окровавленная ладонь. Она ухватилась за край щели, делая её шире.

- Помогай мне, Злата, - голос морковки звучал натужно.

Собравшись, я тяжело выдохнула и, превозмогая непонятно откуда взявшуюся боль, надавила ещё сильнее.

Появилась вторая рука брата.

Нам удалось разжать ""челюсти"" цветка настолько, что я смогла увидеть его лицо.

- Больно? - спросил он.

Я кивнула, понимая, что брат просто висит в воздухе и не даёт этой жуане выпрямиться.

- Не отпускай, пожалуйста, - шепнула я. - Мне страшно.

- Не отпущу, - он попытался улыбнуться, но не вышло. Сверху на его лицо упала вязкая капля, оставив словно кислотой разъеденный след.

""Пищеварительный сок"" - сообразила я.

Вот что так сильно жгло мне спину!

Как ни странно, но это понимание помогло мне успокоиться.

- Огонь, Злата, - Бронислава передёрнуло, - нам нужно её изжарить.

- У тебя руки в крови, - пробормотала я, глядя на его порезанные пальцы.

- Я за ворсинки хватался, они острые. А сейчас - огонь. Просто положи ладони на мои и разозлись. Вспомни, как я на тебя настучал. Давай, сестрёнка.

Где-то там снаружи донеслись громкие крики. Похоже, нас заметили, но вот надеяться, что с озверевшей голодной жуаной быстро справятся, не приходилось. На мою поясницу снова капнул сок, причиняя адскую боль. Не мешкая ни секунды, я положила ладони на руки брата и зажмурилась.

Огонь не шёл.