Факультет форменных мерзавцев

– А зеркало при чем? – уточнил Тардилар.

– Посмотрев на свое отражение, я вспомнила ее. То есть она невероятно похожа на меня. Хотя точно помню, когда видела Ингрид в последний раз, выглядела девушка совсем иначе. Теперь она рыжая, с зелеными глазами. – Я дотронулась до своих волос, задумчиво намотала прядь на палец. – Это странно. Разве нет?

– Не понимаю. – Котик насупился. – Вы виделись раньше?

– Да, она училась в том же университете, что и я, и даже подрабатывала младшим лаборантом у моего отца. Потом вдруг перевелась сюда. Первый курс криминалистов-экспертов.

– А почему вы ее не спросили об этих переменах? – удивился Акель. – С чего бы ей переводиться? Что касается волос – многим нравится рыжий, это как раз не вызывает каких-то подозрений.

– Нет! – Я сама испугалась мужского рокота, забыв о временных неудобствах с голосом. Вспылила, поднялась и подошла к подоконнику. Тронула лепестки первоцвета и продолжила говорить, только когда почувствовала себя немного спокойней. – Может, вы и правы. А насчет перевода я спросила. Ингрид что-то ответила, но что именно – не помню. Просто меня удовлетворило услышанное.

Я посмотрела на Тардилара.

– Не помню, что она сказала, – повторила шепотом. – Думаете, это нормально? Возможно, я переволновалась, конечно. Первый рабочий день и эта неловкая ситуация с голосом…

– Глупости. – Акель отодвинул от себя пустую плошку, промокнул губы салфеткой и взглянул на меня исподлобья. – Значит, Ингрид? Первый курс? Рыжая…

– Ага.

– Посмотрим. – Тардилар поднялся и подмигнул: – Как раз дело есть к эре Грице. Схожу в женское общежитие, развеюсь.

– Звучит как-то аморально, – заметила я. – Особенно учитывая ваш внешний вид. Накиньте на себя что-нибудь!

– Накину маску невозмутимости, – с серьезной миной заявил этот несносный тип и, картинно позируя, пошел к выходу. У двери обернулся, подарил фирменный оскал и скрылся из виду.

Только тогда я поняла, что стою и улыбаюсь, как идиотка. Совсем запудрил мне голову этот зверюга!

Стоило ему уйти, как чувство тревоги усилилось в несколько раз. Ведовская суть во мне беспокоилась, требовала выхода и действий, но что именно стоило предпринять – не подсказывала. Потому я начала метаться из угла в угол. На третьем забеге остановилась у окна и снова уставилась на первоцвет. Его корешки стали длиннее и крепче, а цвет ярче."

"Взяв в руки кружку, поняла, что цветку не место в этой части дома. Вот так просто. Опомнилась уже у входной двери. Прислушалась к себе и поняла, что это не чье-то дурное воздействие, а именно мой дар. Но все же пришлось вернуться и написать записку Тардилару, предупредив его о том, куда я делась.

Перед выходом захватила и свой портфель, в котором хранилась таинственная папка эра Бири.