Фактор страха

— Ношение незарегистрированного оружия — это нарушение закона. И серьезное нарушение, — сказал Романенко, — кстати, мы можем задержать и вас, как хозяина дома."

"— У меня в доме оружия нет, — развел руками Галкин, — можете произвести обыск. А телохранители живут в соседнем доме. Кстати, оружие привезли сюда из частного охранного агентства «Чагчаран». У нас есть на него разрешение, но об этом лучше спросить у моего адвоката.

— Я вам верю, — сказал Романенко, — мы приехали с вами поговорить. Пока только поговорить. Иначе я давно предъявил бы вам ордер на арест.

— Так поздно приехали, чтобы поговорить? — усмехнулся Галкин.

— Нам нужно было встретиться с вами именно сегодня.

— Давайте я вам налью коньячку. Напрасно отказываетесь, коньяк первосортный.

— Не нужно, — возразил Романенко, — у нас к вам важное дело.

— Не сомневаюсь, — Галкин не переставал улыбаться, — иначе вы не поехали бы в такую даль, да еще на ночь глядя. И что же это за дело?

— Вы знаете Анатолия Шпицына?

— Впервые слышу. Никогда не знал.

— Только что вы сказали, что знаете его.

— Вы чего-то не поняли. Я такого не говорил.

— Вы сказали, что ваше оружие зарегистрировано в частном агентстве «Чагчаран». А Шпицын глава агентства.

— Возможно, — согласился Галкин. — Но это меня нисколько не интересует. Я говорил только об агентстве и вовсе не обязан знать, кто его возглавляет.

— Вы с ним разговаривали, — сказал Романенко, — у нас есть доказательства.

— Я разговариваю с десятками людей. Что из этого? Сегодня утром, к примеру, я вел разговор с продавцом газет. Это не значит, что он мой друг.

— Хватит, Галкин, — прервал его Романенко, — я устал, и у нас нет времени. Вчера вы позвонили Шпицыну за минуту до того, как он перезвонил другим людям. И сообщили ему что-то настолько важное, что тот даже позвонил трупу.

— Как вы сказали? Трупу? Это интересно. Не знал, что существует связь с потусторонним миром.

— Вы ее наладили, — вмешался тут в разговор Дронго.

— Я? Наладил? О чем вы говорите?

— О связи с потусторонним миром, с покойником.

— С каким покойником? — запсиховал Галкин.

— С трупом. Вам нравится вести беседы с трупом, — пояснил Дронго.

— Хватит, — вышел из себя хозяин, — не хочу больше с вами разговаривать. Все это какой-то бред.

— А я хочу, — мрачно заявил Дронго. — Вы ошибаетесь, если думаете, что все кончилось. Для вас все только начинается.

— Не понимаю, о чем вы говорите. — Он плеснул себе в бокал коньяку. Рука у него при этом дрожала.

— Вы все прекрасно понимаете, — спокойно продолжал Дронго, — могу напомнить, как это было. Кредиторы Чиряева, опасаясь, что он не вернет долг, подставив его бывшую любовницу, сделали гнусные фотографии, которые отправили и Чиряеву, и его помощнику Очеретину.