Фактор страха

На нем появилась запись:

— Ты, как всегда, опоздал, я…

Дронго отпустил Вадима. Доли секунды было достаточно, чтобы сориентироваться в ситуации, и он наклонился к телохранителю.

— Надо уходить, — закричал он, — сейчас тут произойдет взрыв.

Романенко вскочил, ничего не понимая, но сработала привычка доверять эксперту. Он поспешил к двери, пропустив вперед Дронго, тащившего телохранителя.

— Быстрее, — крикнул он, повернувшись к Вадиму.

Вадим с удивлением смотрел на убегавших, затем перевел взгляд на компьютер и прочел:

— Ты, как всегда, опоздал, я тебя опередил.

— Беги, — крикнул уже из коридора Дронго.

«Странно, — подумал Вадим, — что за глупые игры с компьютером».

В этот момент раздался взрыв. Компьютер разлетелся на куски. Вадим не успел опомниться, как его разнесло в клочья.

Отовсюду слышались испуганные крики, в кабинете полыхало пламя, и оттуда вырывались клубы дыма. Дронго выбрался из-под штукатурки и щепок, которыми его завалило, когда он упал на пол. У Романенко вид был не лучше.

— Как вы узнали, что будет взрыв? — ошеломленно спросил он.

— Догадался, — выдохнул Дронго, — кажется, этого типа я спас, — он показал на телохранителя, — а вот его хозяин оказался нерасторопным."

"Мимо бежали работники кафе. Истошно кричала секретарша. Но не оттого, что ее ранило, рана была пустячной — в кабинете лежал на полу Вадим. Вернее то, что от него осталось.

— Я не понял, кому звонил этот Вадим, — сказал Романенко, поднимаясь и отряхивая одежду.

— Он сделал фотографии для Павлика, по его приказу послал их Матвею Очеретину. А утром узнал, что Павлик направляет своих киллеров на квартиру Мары, и позвонил кому-то, предупредив об убийцах.

— Откуда вам это известно?

— Водитель сообщил, что позвонивший Шпицын уже знал о случившемся. Прошло всего полчаса после убийства. И никто, кроме водителя Шулякова, в квартире не появлялся. Значит, Павлика выдал кто-то из его людей. Логично предположить, что это сделал тот, кто уже знал о фотографиях.

— И кому же Вадим позвонил?

— Тому, кто устроил этот взрыв. Жаль, Вадим не успел назвать его имени. Впрочем, вряд ли владелец кафе его знал. Неизвестный слишком осторожен, чтобы сообщать свое имя такому ненадежному типу.

Дронго оглядел себя.

— Придется заехать домой переодеться, — сказал недовольно.

— Опасно с вами рядом находиться, — признался Романенко, — кто-то устроил на вас настоящую охоту.

— Фактор страха, — пояснил Дронго, — он меня боится больше, чем я его. И ненавидит гораздо сильнее. Ненависть — это месть труса за испытанный им страх, кажется, это сказал Бернард Шоу.

— Как вы думаете, кто заложил здесь взрывчатку? — спросил Романенко.

— Тот, кто сумел просчитать мои действия, — ответил Дронго, — тот самый неизвестный, о котором я вам говорил.