Факир на все времена

А вот когда ваш компаньон, которого вы считали честным коллегой, начинает передергивать карты, вот тогда вы звереете. Или когда молодая красивая женщина, которую вы пригласили к себе в купе, чтобы обольстить, вдруг сама оказывается обольстительницей, и вы меняетесь местами. Она становится хищником, а вы жертвой. Но с самого начала вы предполагали несколько иную игру. И поэтому вы чувствуете себя оскорбленным.

— Вам диссертации нужно писать по философии, — криво усмехнулся Костиков, — ну раз вы так все точно разложили, значит, уже поняли. Я встретился с вами не для того, чтобы выслушать эту лекцию. Мне нужно найти и наказать тех, кто меня кинул. Максимально жестко. Это мои требования…

— Ясно. Вы понимаете, что это были не обычные «майданники»? Хотя об этом я вам говорил. Это профессиональная группа под руководством известного вора в законе, коронованного вора, которого все уважают. И мне не так просто выступать против другого мастера, каким, безусловно, является Факир.

— Назовите цену, — предложил пересохшими губами Костиков, — назовите вашу цену…"

"— Не нужно так напирать, — мягко заметил Знахарь, — я могу воспринять ваши слова как оскорбление. Здесь не базар, и я с вами не торгуюсь, набавляя цену за свои услуги. Я просто хочу максимально точно обрисовать вам всю ситуацию в целом. Против вас сработала группа самого Факира. Обидно, но вы сами отчасти виноваты. Нельзя появляться на вокзале с двумя телохранителями и такими дорогими чемоданами. Только одни ваши чемоданы, наверное, стоили несколько тысяч долларов. Пустые чемоданы. Это сразу привлекло к вам внимание. Вам еще отчасти «повезло», что сработала группа Факира. Быстро, чисто, аккуратно, без ненужной суеты и, главное, без крови. А если бы это были какие-нибудь залетные хохлы? Например, вас бы просто перестреляли после проезда украинской границы…

— Значит, мне еще нужно благодарить вашего Факира? — разозлился Костиков. — Я думал, вы серьезный человек, а вы мне сказки рассказываете. Извините, я обращусь к другим людям…

Он взялся за ручку автомобиля, чтобы выйти, но неожиданно лицо Знахаря изменилось.

— Сядь и успокойся, — перешел он на «ты».

Костиков дернул ручку, дверца не открывалась.

— Мой водитель заблокировал двери, чтобы нас не беспокоили, — пояснил Знахарь, — и не нужно так дергаться. Если бы ты сейчас вышел из машины, то не дошел бы живым до своей. Получается, что тебе не нравится, когда у тебя берут чемоданы с барахлом, а меня, значит, можно оскорблять, и мне это должно нравиться? Ты не понял, с кем именно ты связался. Меня короновали еще в те годы, когда ты школьником был. А ты думаешь, что я с тобой душеспасительные разговоры веду или цену набавляю. Сиди и не рыпайся. А теперь слушай меня внимательно.