Файролл

— Я могу отказаться? — немедленно спросил я.

— Конечно же. — Лицо Еремы излучало дружелюбие. — Как я могу вас к чему-то принудить? Но все же — подумайте, отказ — это всегда самое простое и, чаще всего, самое неверное решение. В конце концов, я же не мафиози какой-то, я не предлагаю вам ничего противозаконного.

— А куда надо ехать? — невинно спросил я.

— Я вас сам туда отвезу, — откликнулся Ерема. — Скажем… В понедельник вечерком…

— Нет, в понедельник не могу. У меня уже назначена встреча. — Я буровил его взглядом.

— Жаль, жаль… — Ерема подумал пару секунд и продолжил: — Тогда четверг, вечер? Как вам такой вариант?

— Давайте обменяемся телефонами, я вам во вторник позвоню и скажу свое решение, — предложил я ему."

"— Увы, я не слишком доверяю мобильной связи, она ненадежна. — Ерема встал. — Ничего, я сам вас найду, и мы уточним дату и время нашей возможной встречи. Засим — до свидания, мне, увы, пора уходить.

Он подхватил зонт и быстрым шагом удалился, изящно огибая пластиковые столики.

Я откусил кусок от остывшего, но все равно вкусного сэндвича и стал задумчиво жевать, размышляя о том, что это сейчас было.

— Где он? — гаркнул мне в ухо знакомый голос, да так, что я аж подавился.

— Кхе… ха… кх… — Я, выпучив глаза, ткнул пальцем в направлении, куда удалился Ерема.

— Рысью! — отдал команду Валяев, и трое гибких невысоких парней в черных костюмах каким-то стелящимся шагом устремились туда, куда я показал.

— Пфы, кхы, — никак не мог откашляться я, и Валяев, покачав головой, со всей дури влепил мне удар меж лопаток.

— У-у-у! — взвыл я негромко, но с облегчением.

— Вот! Жрете всякую дрянь, а потом на здоровье жалуетесь, на желудок и на то, что инструментарий мужской не работает. — Валяев взял ломтик картофеля, понюхал, сморщился и бросил обратно. — И охота тебе этим травиться?

— Уже нет! — Я со злостью бросил на поднос недоеденный сэндвич. — Чтоб тебе пусто было, Никита Какойтович! Сидел человек, поглощал такую вредную, но очень вкусную еду — и на тебе! Сначала один аппетит портил, потом второй. Чума на ваши оба дома!

— Ты давай поаккуратней с, проклятиями, — помрачнел Валяев. — Не бросайся такими словами, они частенько обретают вполне материальную форму!

Я отодвинул от себя поднос, скрестил руки на груди и, злобно сопя, уставился на Валяева.

— Вот что у меня за жизнь? — гневно вопросил я у него, и Валяев, дернувшись, с недоумением посмотрел на меня. — Мне даже в выходной не дают ни отдохнуть, ни поесть. Ну что за жизнь, я вас спрашиваю?

— Как у всех жизнь. — Валяев почесал бок сквозь куртку. — Тьфу, дурак, даже напугал меня. А ты думал, у нас все радужно и весело? Тоже вот бегаем как подорванные. Да прекрати ты глазами сверкать, мне уже не страшно.