Файролл

— Если наша не делать то, что приказала Око, — рявкнул вожак, — то твоя подыхать! Нагибаться, моя твоя говорить!

— Да вот фигу тебе! — заявил я и в этот момент получил сзади под колени. Это было неожиданно, подло, больно и, увы, результативно, причем не в мою пользу. Я упал на пол, меня умело подхватили под локти и распрямили руки до хруста суставов, после дернули вверх и нагнули так, что я оказался в известной всем позе, а после еще и развернули лицом к занавеске.

— Сволочи губастые! — завыл я. — Что ж вы творите, волки вы позорные, я же вас, падлы, потом всех…

Дослушивать меня не стали, маленько стукнули по голове и запихнули в рот какую-то деревяшку.

— Ну начнема, у Ока хозяина благословясь, — услышал я голос вожака и звук его шагов за моей спиной. Елки-и-и, позорище, кому скажешь, что меня в игре какие-то уроды опри…

— А-а-а! — заорал я от боли и неожиданности, выплевывая изо рта деревяшку.

— Молодца! — одобрительно сказал один старейшина, из тех, что держали меня. — Так вдюндить, чтобы ее кричала — это немалая опыта нада. Сразу моя видеть, что ты будущий великий вождя, только она так может — быстро, ловко и сильно!

— Моя это умеет, — довольно заухмылялся вожак. — Моя в этом деле мастер!

Да! Эти уроды отвешивали по очереди мне пендели, без жалости, со всего маху, с оттягом, и явно получали от этого удовольствие.

— Ока сказала, что в следующий раз твоя будет думать голова, а не задница, куда ходить нада, а куда нет! — безжалостно припечатал вожак, присев на корточки и глядя мне в глаза. — А то ишь ты какая, сюда приперлась!

— Да случайно я! — взвыл я, таращась на занавеску. — Моя… Елки! Я с корабля упал в воду, да черта ли мне в этих ваших пещерах! А-а-а!

На мой зад обрушилась очередная ступня, от здоровья пять процентов как корова языком слизнула.

Старейшины одобрительно зашумели, хлопая моего последнего экзекутора по плечам.

— Твоя терпи, — ехидно посочувствовал мне вожак. — Пять дуэгара осталось — и пойдешь кривая хода! Если сможешь!

Старейшины разразились громким хохотом и начали давать советы тому, кто должен был пробить мне по мягкому месту…

— Зато теперя твоя точно будет знать, что не следует таскаться по подземелья, — пояснял мне вожак, когда мы шли куда-то, уж не знаю куда, по улице города дуэгаров. Это была игра, и задница у меня конечно же не болела, но было до чертей обидно, да еще вдобавок после экзекуции вожак заставил меня поклониться занавеске и поблагодарить треклятое Око хозяина за тот ум-разум, который он вложил в мою глупую голову. Стиснув зубы, я это сделал, в душе поклявшись выяснить, кто это, и так его отделать, что мало не покажется. Причем, возможно, даже в реале. Ох, я не забуду!

— Твоя стой, пришли. — Вожак остановился около одной из палаток и просунул голову внутрь нее.