Файролл

Тот, кто повыше, вырядился в доспехи, измазанные разноцветной краской в стиле тех горе-художников, на выставки которых таскала меня Элька. На голове у него был кованый шлем, из-под которого высовывались на белый свет неопрятные светлые патлы. Но что больше всего меня поразило в гномьей внешности — это отсутствие бороды. Второй же персонаж был приземист, в кольчуге чуть ли не до пят, для удобства разрезанной спереди и сзади, с короткой бородой и в шлеме, который хотелось назвать скорее ермолкой. В зубах у него была дымящаяся короткая трубка.

— Эй, чего молчишь, хе-э-э? — Патлатый достал откуда-то пару фиолетовых грибов, которые в свое время так заинтересовали Джекса. — Лучшие грибы в пещерах, расширяют сознание так, что ночью можно солнышко увидеть, даже в наших пещерах! Недорого, три золотых за пару. Урожай этого года, собрано и протестировано мной лично и еще вот этим пеньком.

Патлатый пихнул ногой приземистого, тот кивнул и махнул рукой, как бы подтверждая, что грибы и впрямь отменные.

— Ну чего, берешь, а, берешь? — Патлатый заподмигивал мне, причем после третьего мигания он был уже явно не в силах остановиться. Приземистый, посмотрев на это, треснул его по голове, после чего мигание прекратилось.

Я не знал, что сказать этой парочке, все, на что меня хватило, это только открыть рот, со словами же был явный дефицит. Да и что тут скажешь? Пушер в гномьем городе, у витрины магазина, глубоко под землей — это даже не бред, это что-то более заковыристое. Патлатый понимающе кивнул и тоже открыл рот, видимо из солидарности. Картина была еще та, что и отметил проходящий мимо пузатый гном.

— Двали, Снольди, снова вы торгуете этой своей дрянью? — как-то немного устало сказал он странной парочке. — Все, кончилось мое терпение."

"— Чё ты, чё ты, начальник, хе-э-э, — задергался патлатый, должно быть, Двали. — Ничем мы не торгуем, вот туристу наш город показываем. ""Лучший город Земли-и-и"", — фальцетом пропел он.

— Грибы предлагали? — Гном посмотрел на меня. Я было хотел промолчать и просто уйти, но тут заметил у него на груди приличных размеров цепь, к которой была прикреплена не менее почтенных размеров бляха с какими-то символами, обсыпанная синими и зелеными камушками. Это явно не простой гном, это чиновник местный, а то и сам мэр.

— А как же, — кивнул я. — Говорят: свежие, урожая этого года.

— Вот ты гнида! — возмутился длинный, короткий кивнул, явно соглашаясь с ним. — Чтоб тебе в воду свалиться и не выплыть!

— Все, надоели вы мне окончательно, и покрывать я вас устал! — твердо сказал пузатый гном. — На выработки камней поедете, на полный срок.

— Дядя, чё ты, дядя, — заканючил патлатый. — Не наше это дело, пойми! И чего ты мамке моей скажешь, она же плакать будет?

— Сестре я все объясню, — твердо сказал гном.