Файролл

Так что за клан?

— ""Дикие сердца"". — Я потер лицо рукой. — Некогда славный и грозный клан, сейчас, конечно, он поскромнее стал, поплоше, но все равно…

— Мы же с ними воевали?

— Кто ""мы""? — Я строго посмотрел на Вахмурку. — С ними воевали ""Буревестники"". При чем здесь ""мы""? ""Мы"" не ""они"". Там вроде, по рассказам, много наших осело — Рейнеке, Кролина, потом Амадзе тоже вроде там, я, правда, с ним лично не знаком, но наслышан.

Ну, тут я, может, маленько и додумал… Но почему-то я был уверен, что, скорее всего, так оно и есть. Чутье, видимо…

— Уважаемые люди, знаю их. Ну что, я понял тебя. — Вахмурка почесал свой нос-картошку и сообщил мне: — Слышь, шустрик. Если когда-нибудь свой клан собирать будешь — не забудь мне свистнуть. Я за тобой пойду.

Опа. Вот как хочешь, так и воспринимай это. То ли знамение, то ли предостережение.

— Не забуду, гноме. Слово даю — если дозрею до такого, то тебя первого позову, — пообещал я Вахмурке. — Клянусь богами.

""Услышано"", — шелестнул женский голос у меня в левом ухе. ""Подтверждено"", — громыхнул мужской бас в правом.

— Ух ты! — Меня аж шатнуло от удивления.

— Ты чего? — Гном огорченно смотрел на пустое дно своей пивной кружки.

— Да так, — не стал я пускаться в объяснения. — Ты давай не налегай особо на это дело, скоро пойдем уже. Да, вот еще — если что, для всех мы с тобой всю неделю там, в копях и в шахтах.

— Да я помню, — отмахнулся Вахмурка.

В гостиничном номере я достал свиток пета, потом подумал немного и все-таки убрал в сундук планшет с рунами. Береженого Бог бережет, ведь если что, я ж себе потом все локти сгрызу, я себя знаю…

За нашим столиком кроме Мюрата и Вахмурки сидели еще трое представителей ""Двойных щитов"". Одного из них я знал, это, в соответствии с обещанием, был Фаттах, причем здорово прибавивший в уровнях — он уже перевалил за восьмидесятый. Двух других я видел впервые, одного звали Джекс, другого Тревиль, оба были милишниками — воинами ближнего боя — и оба уже ушли за сотый уровень.

— Ну нормальные бойцы? — Мюрат победоносно улыбнулся. — Не поход будет, так, экскурсия.

— Ну да. — Я протянул руку Джексу: — Хейген.

Парни оказались не снобами, потрясли мою руку и назвали свои имена. Фаттах с интересом ждал, что я буду делать, и, по-моему, даже удивился, когда я и ему протянул руку. Тем не менее он ее пожал, спросив:

— Без взаимных претензий?"

"— Абсолютно, — заверил его я. — Это игра, на что тут обижаться? Вот на Ронина, упыря, я зол, вон на него, на Мюратушку, был в обиде, а ты тут ни при чем совершенно.

— А эти двое чем провинились? — не понял Фаттах.

— Так они руны мои зажуковали, свитки и золотишко, — объяснил я ему. — Хотя и договаривались все вернуть, если я не вру.

— Ах да, о золоте и о свитках, — подхватился Мюрат.