Файролл

""Нэт!"" — вот наш ответ им всем.

Окончательно офигевшие повстанцы захлопали, переводя взгляд с одного лидера на другого.

И ведь было на что глянуть. Данут и впрямь приоделся для визита к княгине Анне. Довольно пристойную льняную рубаху и жилетку он поменял на черный камзол с намалеванным на нем… А кто это вообще?

— Данут, — обратился я к надевающему пояс с мечом бунтарю. — А это у тебя кто на груди нарисован?"

"— Это? — ткнул себя пальцем в грудь Данут. — Это Берт Дим Хевара, один из последних вождей легендарного освободительного фронта за свободу гремлинов.

— Гремлинов? — Впервые я услышал о том, что тут и гремлины есть.

— Да, был некогда такой смелый и отважный народ, — с печалью в голосе сказал Данут. — Немногочисленный, но твердый духом и на редкость свирепый в бою.

И впрямь, ушастый гремлин на камзоле выглядел жутковато, в одной руке у него был тесак, другой он кому-то показывал кукиш, были на нем еще какие-то перепоясывавшие ремни, из-за чего он напоминал то ли революционного матроса, то ли сантехника. На голове у этого чуда красовалась каска, сдвинутая на правый глаз. Легендарный вождь высунул язык, как бы говоря: ""А вот фиг всем вам!!!""

— Он, Берт Дим Хевара, вышел из самых низов, буквально из-под земли, сплотил вокруг себя всех гремлинов и показал всем, абсолютно всем, что гремлины тоже имеют право на жизнь и на свободу! Ох как он всем показал!

— И вырезал при этом пять деревень, — чуть в сторону сказал Вайлериус.

— И сжег пару городов, — задумчиво отметила Ксантрия.

— Лэс рубят — щепки летят, — философски заметил Ясмуга. — Ви согласны со мной, товарищ Ксантрия?

Красотка промолчала.

— Слушай, но он же, выходит, против людей был? — недоуменно обратился я к Дануту.

— Нам, интернационалистам, все равно, какой национальности герой и на каком языке он говорит. За него говорят его дела. — Данут выпятил грудь, но на вопрос мой не ответил.

— Ну да, этот ушастый был истинный интернационалист, он, по ходу, всем глотки резал, без разбору, — отметил я.

— Зато воин был отменный и за правду всегда стоял горой! — Данут, по-моему, обиделся на меня.

— Что было, то было, — кивнул Вайлериус.

— Говорят, он начинал как боец на турнирах, — отметила Ксантрия. — И, несмотря на рост, всегда побеждал.

— Очень познавательно, — прервал я экскурс в жизнь знаменитого народного гремлинского героя. — Может, пойдем уже, время уходит?

— Да, пора, — кивнул Данут. — Ребята, вы с нами?

— Куда идем? — полюбопытствовала Ксантрия.

— К маме Вайлериуса, — объяснил отважный предводитель и снова покраснел.

— Я нэ пойду, — запыхал трубкой Ясмуга. — Побуду здэсь, с нашими боевыми товарищами.

— А я с вами. — Ксантрия коротко глянула на мага. — Давно мне с ней хочется познакомиться. Да и рассказать есть что.