Файролл

Несмотря на прямолинейность наскока человекообразного и кажущуюся простоту задачи, к нашему удивлению, маневр северянина не удался, Тром увернулся от клинка и обрушил свою дубину на плечо Ура.

Треск костей северянина был таким громким, что даже эхо загуляло под потолком. Ур побледнел, его рука повисла плетью, меч звякнул об пол.

Тром ликующе взревел, дубина взвилась в воздух и ударила в пустоту. Ур увернулся, нагнул голову и, ухватив дикаря за бока, повалил его на пол. Тот негодующе орал, выронив палицу и нанося северянину пушечной силы удары кулаками просто куда придется, и при этом явно ломал северянину ребра. Ур же целенаправленно тянулся пальцами неповрежденной руки к горлу Трома и наконец достиг цели в тот самый момент, когда руки дикаря также сомкнулись на его шее.

Еще минуты две гиганты извивались на полу, навевая довольно-таки причудливые ассоциации и издавая сдавленные хрипы и вздохи.

Бом-м-м — потревожил наставшую тишину громкий звон колокола.

— Испытание пройдено. Вы можете следовать дальше, — бесстрастно сообщил нам голос.

Мы кинулись к нашему другу, хотя по неестественному положению его тела было понятно, что, скорее всего, он мертв.

Когда мы отодрали от горла Ура руки Трома-троглодита, больше похожие на клешни и раздавившие ему гортань, он был еще жив. Северянин смотрел на нас, силился улыбнуться и пытался показать всем видом, что сейчас вот-вот встанет. Так, с улыбкой, он и ушел навсегда туда, где вечный свет, зеленые поля и цифровая Валгалла.

— Эй, вы чего опять творите? — заорал я в голос. — Что это опять пошла за игра, с переломанными ребрами и раздавленным горлом?

Мне было очень больно. Я был уверен, что сейчас потерял настоящего друга — немного неуклюжего, недалекого и верного. Такого, как Толстый Вилли, которого мне Ур всегда и напоминал.

— Ты о чем? — вернул меня к реальности голос Лейна. — Чего орешь?

— Расстроился, — пробурчал я. — Ура жалко.

— Он был воин, и, клянусь Чемошем, славный, — пожал плечами Лейн. — Всем нам не в кровати умирать — и ему, и мне, и тебе. Похоронить бы его неплохо. Если обратно пойдем, захватим с собой его тело.

— Если пойдем… — вздохнул я.

Я пересек освещенную зону и подошел к стене, противоположной выходу. Отблеска факелов было достаточно, чтобы увидеть небольшую дверцу в ней. Я толкнул ее.

""Вы использовали Ключ хитрости"".

Этот зал был залит золотым сиянием. Ну а чем же еще ему быть залитым, коли тут везде высились кучи золотых монет, валялись золотые слитки, стояли и лежали какие-то статуи все из того же благородного металла. Прямо какая-то Мекка для жадин. Странно, ловушка примитивная, хрестоматийная, все же понятно: схватишь — умрешь. И ключ ведь был хитрости, а не жадности, а стало быть, что-то тут не так.