Файролл

Давайте деньги, у вас просрочка, номер-то не оплачен.

Вот тут я взорвался. Я был уверен, что он и в прошлый раз меня напарил, у меня там математика явно не сходилась. Но человек я неконфликтный, а сумма небольшая, так что решил — черт с ним. Но вот чтоб так, каждый раз, разводить на деньги…

Я мелкими шажками обошел конторку и саданул со всей дури наглому Хольму под дых, когда же тот согнулся, прихватил его за волосы, задрал ему голову так, чтобы он меня видел, и тихонько сказал:

— Ты что же думаешь, деревенщина, что меня как корову доить можно? Я сейчас тебе глотку перережу и за ограду тело перекину, и никто никогда ничего никому не докажет. Да и докапываться до правды, думаю, никто не будет особо — больно ты гниловат для того, чтобы из-за тебя кто-нибудь шум поднимал.

Само собой, я понимал, что прирезать его не получится, но попугать-то его никто мне не запрещал. Эх, жаль, что его убить нельзя, я бы убил…

— Я все понял, я все понял, — забормотал Хольм, явно проникшись. — Я и вчерашнее верну! Полностью верну!

— На счет мой положи, — сказал я ему. — И смотри у меня!

— Смотрю, смотрю, — закивал Хольм и подал мне ключ.

""Вы проявили уверенность и прямоту в отстаивании своих интересов, что очень почитается на Севере, и получаете + 2 единицы к уважению общины Хексбурга; + 0,5 единицы к уважению народов Севера"".

О как. Еще один сюрприз. День-то задался. Ладно, пора на выход, потом все полученное добро рассмотрю, на свежую голову.

Я зашел в номер и нажал ""логаут"".

Глава 9,

в которой герой утверждает для себя план действий"

"В действиях моих подчиненных явно прослеживается некая осмысленность. В целом это и неудивительно — они работают над ""Вестником Файролла"" уже больше месяца, изо дня в день, благодаря этому появилась некая устойчивость в распорядке дня, возникло ощущение определенной рутины, что тоже способствует акклиматизации в новом деле, опять же, худо-бедно перезнакомились с народом из редакции ""Столичного вестника"", и те надавали им полезных профессиональных советов во всех областях производства газеты — от того, как лучше подать текст, до того, почему не следует спать с корректоршой Ленкой.

Войдя в наше крыло во вторник утром, я был приятно удивлен тем, что совсем еще недавно хаотично-броуновское движение этих трех особей приобрело определенную осмысленность и завершенность.

Надо отметить, что общение с моими бывшими коллегами вообще сказалось на их поведении. Из их речи пропали вбитые им в голову в вузе верные названия предметов и процессов, их, слава богу, заменил привычный для меня сленг, костюмчики сменились джинсами и майками, от Юшкова исходил запах перегара — легкий, но устойчивый, видать, он сдружился с кем-то из спортивной редакции.