Файролл

Скажем так — сезонное и горячее!

— Ррраз — и левую руку ему отрубили! — донеслось до меня, когда я выбежал из-за угла замка — А потом — хрррясь! И правую ногу! И сразу жрать ее начали! Так и сгинул Хейген в том гиблом месте. Все сгинули, кроме меня!

Ромул, паскудник маленький! Он, сволочь такая, уже предание о моей гибели сложил, и излагает его прямо по системе Станиславского, с надрывом, отыгрышем и мхатовскими паузами.

— Я так думаю, что надо нам ему памятник прямо тут, во дворе замка поставить! Из чистого золота! Да, дорого, но он же был не просто наш предводитель, он принц был! Герой великий! Такие, как наш покойный лидер рождаются раз в сто лет. А то и двести. Мастера хорошего я знаю, с ним договорюсь за недорого, а золото… Неужто вы, его собратья и сосестры, пожалеете презренного метала на такое благое дело? Давайте, сдавайте его мне, а я потом… Элп!

Последнее восклицание он издал уже в полете. Я его отправил туда, отвесив со всего маха хороший пендаль.

— Низко пошел, видать к дождю — отметил Слав, глядя на траекторию, которую описал казначей — Однако, патрон, я так понимаю, что наша вылазка накрылась? Мстить пойдем?

— Ой, какие татуировочки! — прошептала вдруг Мысь, глядя на мою грудь, а после аккуратно касаясь ее пальчиком — Долбить мой лысый череп, какие!

Да елки-палки, что же за день сегодня такой! Совсем забыл про художественное наследие Архипелага, которым украшено немало участков моего тела. Не скажу, что по нынешним делам это может создать мне много неприятностей, ибо Раттермарк, как когда-то тот Трансвааль, горит в огне, но тем не менее.

— Ой, какая красота — Мысь алчно глянула на меня — Никогда ничего подобного ни у одного мастера не видела. Ты где такое набил?

— Под землей — мне стало неуютно — Дайте кто-нибудь плащ, что ли? Я же не Третьяковская галерея, честное слово! Чего меня рассматривать?

— Лодочка! — восторгалась Мысь — А повернись спиной, командир, чего у тебя там?

Этого она, на мою удачу не увидела, кто-то из ребят перекинул мне немудрящую броню.

— Где? — вцепилась в меня Мысь — Где тот кольщик?

— Что-то мне подсказывает, что Слав прав — печально произнесла Кролина, оттеснив недовольно зарычавшую Мысь — Наш рейд накрылся?

— Ваш — да — бодро ответил я — Рейд — нет.

— Поясни — потребовала моя замша — Народ желает знать.

— Легко — я повертел головой. Нет, правда, куда делись Назир и брат Мих?

— Живоооой! — радостно заорал Ромул, вскакивая на ноги и устремляясь к лестнице — Я знал! Я верил! Никто не верил, а я…

Бум! И он снова отлетает в сторону, на этот раз от пинка брата Миха. Слава богу, нарисовалась эта парочка.

— Ну? — нетерпеливо потерла ладони Кролина — Мы ждем. И вещи твои, между прочим, на месте смерти — тоже.

— Вещи что в сейфе — фиг заберешь — усмехнулся я — Уж поверь.