Файролл

— Но, заметь, Смерть всякий раз тебя обходит стороной — мой собеседник снова сунул руку в карман и недовольно поморщился — Ни разу ведь она тебя не сцапала. Ладно, пустое. Итак, кому и что я буду должен?

— Ей — я ткнул пальцем в небо — Той, кому ты и так пообещал служить. Призову ее, и буду просить милости для нас.

— Тиамат? — уточнил Сэмади — Ну да, кто, если не она, нас отсюда может вытащить. Правда, это все может для нас обоих скверно кончиться, ты это осознаешь?

— В каком смысле?

— В самом прямом — Барон откуда-то извлек кусочек пергамента, положил в него пригоршню сушеных трав, соорудил из всего этого ""самокрутку"", и с видимым отвращением раскурил ее — Тьфу, какая пакость! Так вот — местный повелитель непременно учует, кто сюда заявился. В обязательном порядке, он тут господин всему. И я не уверен, что ему это понравится.

— Но нас-то тут уже не будет — резонно заметил я — Пусть злится. А когда он пойдет в поход на Светлые расы, этот маленький инцидент давным-давно будет всеми забыт.

Будь Темный Властелин неигровым персонажем, я бы переживал, но поскольку Странник игрок, то так и случится. Да и потом — не думаю я, что ему будет дело до подобной мелочи. Ну, богиня — и что? Не за ним же она приходила, честное слово.

— А если Тиамат с ним уже во вражде? — предположил Сэмади — И мы, по сути, распишемся в том, что служим ей? Сейчас нас невозможно припереть к стене, не пойман — не вор. Но после этого…

— Нет между ними вражды — уверенно заявил я — Слово даю. Случись такое — я бы знал.

— Ты все так же самоуверен, мой друг — похлопал меня по плечу собеседник — Мне всегда нравилось это твое качество.

— Потому что ты им совершенно бессовестно пользовался — обвинительно заявил я — Ты меня, доброго и наивного, втравливал в свои авантюры…

— Только сейчас осознал, что тут было не только невыносимо скучно, но и сладостно тихо — закрыл уши ладонями Сэмади — Воистину — все познается в сравнении. Ладно, убедил, давай звать твою богиню.

— Нашу — уточнил я.

— Нашу — согласился Барон — В конце концов, она все равно будет меня использовать так, как ей заблагорассудится, так что я ничего не теряю.

— Только здесь не лучшее место для этого — повертел головой я — Надо бы поукромней уголок подыскать.

— Укромный уголок в долине, заполненной воинами, как муравейник муравьями? — рассмеялся мой приятель — Отличная шутка. Впрочем, есть тут одно место, куда особо никто не ходит, там когда-то очень давно стоял храм какого-то божества. Какого — понятия не имею, время стерло его имя не только из памяти смертных, но и с камней, из которых храм сложен. Кто он был — поди знай. Может, к слову, это даже и не бог был, а какой-то великий воин или правитель. Я. по крайней мере, ничего не учуял, и никто на мой зов не отозвался.