Файролл

Я щелкнул серебристым замочком, посмотрел на две золотые запонки и булавку для галстука, сделанную из того же металла, лежащие на белом атласе с серебристой окантовкой, и сказал:

— Нормальный подарок. Красиво и со вкусом. Ты у меня умница.

— И все-таки — жаль — вздохнула Вика — Можно было бы часы хорошие подобрать, гравировку на них сделать. Но на самом деле хорошие, а не те, что в интернете. Кто его знает — аутентичные они или нет? Сейчас никому верить нельзя, ты же знаешь.

— Скверные времена — согласился с ней я и выставил руку крендельком — Цепляйся, дорогая. Пойдем, предадимся гастрономическому разврату и греху пьянства.

Глава двенадцатая

в которой веселье продолжается

С первым не угадал. Никаких особых кулинарных изысков на столах не имелось. Разнообразные нарезки, традиционный для местных посиделок огромный копченый окорок, от которого желающие сами себе могли отрезать ломоть мяса, соусы, овощи — вот и все застолье. Мне, кстати, подобное нравится куда больше, чем застолье с пятью переменами блюд, так возни меньше. А то ведь еще и к каждому блюду свою вилку могут положить, гадай потом, какая к чему?

Зато в плане выпивки Азов расстарался. Вина, водка, коньяки, бочонок с виски, стоящий на специальной подставке и снабженный краником — ассортимент впечатлял. Более того, наводило на мысли о том, что он надумал нас всех споить, дабы языки развязались, записать пьяные разговоры, а после дать им ход в нужный момент.

Кстати — может, оно так и есть на самом деле. Поди знай…

Не знаю, думали ли о том же остальные гости, приглашенные безопасником на торжество, но никто от тостов не отлынивал, все выпивали с удовольствием, каждый, разумеется, свое.

Я, например, прочим напиткам предпочел коньячок, тем более что был он в высшей степени неплохим, Вика отдала предпочтение красному сухому вину, а Олеся, которая то ли случайно, а, может, и нарочно, сидела в аккурат напротив нас, потягивала ""мартини"".

Надо отметить, что к самому началу мероприятия мы все же опоздали, потому я так и не узнал, кой же годик миновал у нашего именинника, а спрашивать подобное мне показалось не очень корректным, потому мы просто вручили подарок, сказали несколько дежурных слов, после чего уселись за стол, туда, куда было сказано. Надо заметить, что не такой уж малолюдной оказалась эта вечеринка, народа присутствовало куда больше, чем было озвучено. Из знакомых, но неназванных лиц я приметил Генриетту, которая лениво улыбалась, слушая шутки уже изрядно захмелевшего Валяева, одного из помощников Костика, и нескольких менеджеров высшего звена, которых помнил по встрече Нового Года. А вот Свентокской видно не было. То ли не позвал ее Азов, то ли она сама решила не приходить.