Файролл

Глянуть — и сразу же узнать.

Глава пятая

в которой герой плюет на дипломатию

— У меня только один вопрос — как? — спросил я, присаживаясь на низенькую круглую тумбу у стены.

— Ярл! — радостно гаркнул Флоси, поворачиваясь ко мне — Ты куда запропал? Я все жду, жду, а ты не идешь. Она мне говорит — ты теперь мой слуга, а я ей — нет, мол, я воин Севера, играть щитом по ветру не могу, моя жизнь принадлежит ярлу. А она, стало быть…

— Понял, понял — остановил я поток сознания, в котором меня чуть не утопил мой соратник — Но согласился все же на ее предложение?"

"— Кролина настояла — отвел глаза в сторону он — Сказала, что если я откажусь, то в храме может обосноваться кто-то из не наших, а это неправильно. Место непростое, для нашего хирда важное, не дело его чужакам отдавать. Сегодня они с нами в бой идут, а что случится завтра, никому не ведомо. Одно дело Гунтер там, или Мих, они с нами кровь не раз проливали в сече, а вот остальные…

— Темнишь, Флоси, темнишь — погрозил я северянину пальцем — Колись, на чем Тиамат тебя прихватила?

Не умел врать этот вечно полупьяный вояка с нечесаной бородой. Не заложено это было в нем, потому в сторону сейчас он глядел неспроста. Хотя Кролина, разумеется, поступила совершенно верно, и я расписался бы под каждым ее словом.

— Судьбу она мне пообещала поменять — выдавил из себя Флоси — Вместо бесславной смерти в краю льда и снега, что мне давным-давно ведьма предсказала, посулила гибель в бою. Я все же воин, ярл. Воин. Не хочу я один лежать в сугробе до конца времен, понимаешь? А вот встретить последний час на пиру мечей, рядом с друзьями, прикрывая твою спину — это совсем другое дело. Если все сразу в том бою ляжем — так и души наши вместе на небо вознесутся, не скучно, значит, нам там будет. А если кто живой останется — так он павших друзей как положено проводит, с огнем и хмельным поминовением.

— Аргумент — внутри вдруг стало очень хорошо. Дикий же совсем субъект, а — человек. Настоящий. И неважно, что он НПС — Вот только жрецу, да еще верховному, на поле боя делать-то вроде как нечего. У него другие заботы.

— Я тут единственный жрец — почесал пузо под замызганной длинной тряпкой, которая, как видно, являлась чем-то вроде парадного облачения, Флоси — Как скажу — так и будет. Она сама ничего на этот счет не говорила, а кроме тебя мне никто приказывать права не имеет.

— А чего она вообще говорила? — уточнил я — Как все произошло?

— Да просто — Флоси махнул мечом, который так и держал в правой руке — Явилась передо мной и велела идти в храм. Мол — я теперь ее голос тут, в Раттермарке, должен за храмом присматривать, и по мере надобности все, что она велит, передавать тем, кому нужно. Мне оно так-то ни к чему, я ей это так и заявил.