Файролл

Да тут даже невозмутимый Назир — и тот бы проникся. Разумеется, если бы зашел в зал со мной, а не остался около дверей.

Моя сестрица сидела на троне, Лоссарнах примостился рядом с ней на небольшой приступочке и гладил ее живот. Прямо — идиллия.

Кстати, ведь есть и другая сторона монеты, та, которую мне уже даже показывали перед свадьбой. Будь на моем месте кто-то более циничный чем я, он мог бы неслабо разыграть эту карту. А именно — дождаться рождения ребеночка, тихонько удавить названную сестрицу, прирезать в кровати короля и быстренько назначить себя регентом до совершеннолетия племяша. Другой-то родни у него нет. Я единственный дядька.

Понятное дело, пара-тройка кланов будет против, но их можно и в крови утопить. Так сказать — повоевать маленько в спортивно-оздоровительных целях. Застаивается гэльтская кровь без резни.

Так-то. До короны — два шага. В прямом смысле.

Вот только не нужна она мне, эта самая корона. Мне выгоднее, чтобы она на голове моего приятеля попрочнее сидела, потому, если надо будет, я удавлю всех тех, кто попробует на него злоумышлять. Я и квест на эту тематику по той же причине не стал недавно принимать.

— А вот и дядька Хейген пришел! — радостно сообщил животу король. — Тебя проведать!

— И, как это ни удивительно — в штанах, — добавила Эбигайл. — Что это ты, братец, приоделся? Тело же дышать не будет?

— Тебя решил порадовать, сестрица, — не менее язвительно парировал ее выпад я. — Да и погода нынче для нудизма не та.

— Не выражайся, — попросил меня Лоссарнах. — При ребятенке-то!

Похоже, он будет одним из тех папаш, которых называют ""шарахнутыми"". Они встречаются реже, чем безумные мамаши и дамы из серии ""яжемать"", но все же имеют место быть.

— Больше не буду, — пообещал я. — Кстати, как назвать дите думаешь?

— Сэлар, — посерьезнел мой друг. — В честь родителя своего, упокой небеса его душу.

— Хорошее дело, — согласился я. — Родовое имя — великое дело.

— А второго в твою честь назовем, — пообещал король. — Мы с женушкой даже почти не спорили по этому поводу.

По лицу сестрицы, правда, мне стало ясно, что это далеко не так. Но все равно — приятно.

— Слушай, — я подошел к трону поближе. — Надо мне с тобой одно дело обсудить. Прямо сейчас.

— Давай лучше завтра? — предложил король. — Сейчас такая у меня на душе радость, что не до дел.

— Завтра нельзя, — помотал головой я. — Завтра мне не до того будет.

— Не отстанет, — подала голос Эбигайл. — Лосси, лучше дай ему то, что он хочет, оно дешевле выйдет. Мне ли своего родственничка не знать?

Это что же, она меня сейчас поддержала? Воистину — бывают чудеса на свете. Или, наоборот, так хочет от меня отделаться?

— Ладно, что там у тебя? — согласился король."

"— Первое. — Я присел на притронную ступеньку рядом с ним.