Файролл

— Первой была Месмерта, но это понятно, она всю эту музыку заказала, — неспешно начал излагать я. — Витара я не мог не призвать, потому как тогда ему еще служил. Да и упоминала его Месмерта в нашем разговоре. Чемош и Лилит… Это, скажем так, возврат долгов. Путь к той поляне с кострами был длинен, и имелись те, кто мне помог его пройти. Крепко помог. Настолько, что я обязан был выполнить их просьбу.

— Четыре, — загнула пальчики богиня, а после повертела отогнутым мизинчиком. — Но почему пятой стала я? Моя дочь помогала тебе, но никогда ничего у тебя не требовала. Ты ведь мог призвать… Ну не знаю… Да хоть бы бородатого грязнулю Фрера Скалоруба. И после этого все гномы Файролла в любой передряге приняли бы твою сторону. Повышенное чувство долга и ответственности всегда было слабым местом у подземных коротышек. Армия гномов, человек! Это та мощь, с которой будет считаться любой владыка.

По всем канонам жанра, мне бы сейчас надо было хлопнуть себя ладонью по лбу и сказать: ""Вот я дурак!"".

Кстати — да, я он и есть. Такой вариант мне и в голову не пришел. Я его даже не рассматривал.

Ладно, уже то хорошо, что с вопросом я угадал. И еще — а она знает, что я уже не слуга Витара, потому что реакции на слова ""я тогда ему еще служил"" не последовало никакой.

— Почему вы? — передернул плечами я. — Не знаю. Скорее всего, тут как раз все пошло от обратного. Дело в том, что я, скажем прямо, не самый лучший из людей, но сделанное мне добро все же помню. А Пауни всегда приходила мне на помощь просто так, ничего не требуя взамен. Ну или почти ничего. Условий, в любом случае, она мне сроду не ставила. Вот потому пятый костер был разложен в вашу честь. И сразу скажу — я о своем выборе не жалею.

— А ты уже сделал выбор? — холодные ладони богини цепко обхватили мои щеки, ее лицо приблизилось ко мне и сквозь плетение вуали я увидел два глаза, горящие желтым огнем и с вертикальными зрачками. — Последний выбор. Самый главный.

Ну, собственно, все равно я собирался поступить именно так, как это сейчас диктует мне ситуация. Подозреваю, что если я откажусь от данного предложения, то тут и останусь, накачанный до предела ядом и с кучей проклятий, от которых придется избавляться невесть сколько времени.

Хотя — может, и нет. Эта богиня не истеричная Месмерта, не исключено, что она просто плюнет мне под ноги и лишит своей благосклонности, вот и все.

И с кем мне потом иметь дело?

Так что нечего мудрить и искать от добра добра.

— Сделал, — с достоинством ответил я. — И выбора своего не стыжусь. Я присягаю на верность тебе, богиня Тиамат. Отныне и навеки ты мое божество, и других небожителей для меня более не существует.

— Хорошо сказано — одобрила Тиамат, разжимая руки и отпуская меня.