Файролл

Я… Да что там — мы все пока не представляем до конца, как обновление будет выглядеть тогда, когда стартует. Утечки быть не должно, потому на бетах именно та сюжетная арка, которая тебе суждена, не прогонялась. Я тебе еще больше скажу — квест прописывался очень контурно, поскольку местами он переплетался с наработками Талицына, и в этом случае программа может сгенерировать что-то от себя. Но ты у нас кто?

— Кто? — заинтересовался вдруг этим вопросом Азов.

— Агнец, — предположил я. — Точнее — его взрослая ипостась. Баран, короче.

— Нет, ты не баран, — приобнял меня за плечи Валяев. — Ты у нас тертый калач. Ты у нас стреляный воробей. Ты у нас закаленный в виртуальных битвах воин. Ну и главное — кто, если не ты?

— Бодрит, — невесело пошутил я. — Это очень важно, когда в тебя верят.

— Все начнется очень скоро. — Зимин подал Валяеву знак, и тот разлил остатки водки по рюмкам. — Как только этот паразит объявит себя новым Темным Властелином, мы тут же накатим обновление, и вот тогда… Ох, что будет! А сколько сюрпризов игровой народ ожидает!

— Боги? — утвердительно спросил я.

— Они, — причмокнул губами Валяев. — Сейчас это так, декорация, все над ними смеются, и над нами заодно. В смысле — над создателями игры. Что это за боги, если от них никакого прока, кроме убогой и коротенькой цепочки квестов? А вот после… Они станут тем, кем задумывались. Настоящими богами. Квесты всех степеней — от общих до эпических, репутация, благословления, предметы — чего там только не будет. А клановые конфессионные мясорубки? Какая же резня начнется на этой почве, приятно даже подумать! И как будут выть те, кто присягнул кому-то из них, сдуру не изучив предлагаемые возможности! Воин, отдавший себя Лилит! Или некромант, вставший под знамена Витара! Смех, да и только.

— Смех смехом, но народ реально может напрячься, — заметил я. — Негатив — такая штука. Психанут, да и уйдут в другую игру.

— Ну мы же не звери, — примирительно проговорил Зимин. — Каждый получит разовое право на смену объекта поклонения. За отдельную денежку, естественно, и не игровую, а ""живую"", но тем не менее. Согласись, грех на людской глупости и неосмотрительности не заработать? Пусть немного, но заработать.

— Грех, — согласился я. — Надо будет эту тему осветить в ""Вестнике Файролла"". Может, конкурс какой устроить, где призом будет выступать безвозмездная смена веры.

— Красиво сказал, приятель, — хмыкнул Валяев и повторил: — Безвозмездная смена веры. Все-таки как быстро меняется мир, а? Каких-то лет пятьсот назад где-нибудь в Толедо тебя за такие слова спалили бы на городской площади под веселое улюлюканье толпы. В Кастилии народ вообще любил аутодафе, семьями на него ходил смотреть.