Файролл

— Да, — Валяев снова затянулся сигаретой. — Да, вы все-таки успеете и в зоопарк сходить, и пообедать. Или ты о чем-то другом?

— Именно об этом, о чем же еще, — я повернулся к Танюше. — Увы, но Марину Александровну здесь задержат дела, так что ты отправляешься в Москву с нами. Она дала на этот счет четкие указания. Если точнее — она попросила меня присмотреть за тобой, так что собирайся, пойдем жирафу глядеть. Ну и пироженками я тебя накормлю, это само собой.

— Сладкого не надо, — взмолилась девушка, поднеся руку ко рту. — Мне вчерашнего торта хватило! Я теперь кондитерку еще долго есть не стану.

— Это ты сейчас так говоришь, — засмеялся Валяев. — А как зайдете в ресторан, так и сойдет это твое ""долго"" на нет. Как без рулетика с маком или без эклера с заварным кремом под кофе? Никак!

— Вы так вкусно говорите, — опечалилась Танюша.

— Да, вот еще что, — я положил локти на стол и уставился на нашу переводчицу. — Марина с тобой полностью рассчиталась за работу? Есть у меня подозрение, что она заплатила тебе только аванс, а остальное должна была отдать по возвращении, так сказать — по результату.

— Так она и рассчитается, — смутилась Танюша, в очередной раз покраснев. — Когда вернется в Москву. Давайте об этом не будем, хорошо? Это неловкая тема.

— Обязательно будем, — Зимин потушил сигару. — Кто знает, когда она вернется? У нас тут бизнес, милое дитя. Ничего, что я вас так называю? Ну и хорошо. Так вот — у нас тут бизнес, причем международный, а потому Марина Александровна запросто может вернуться в Россию через неделю, месяц или год. Или лет через пять.

— Вот-вот, — поддержал я Зимина. — Максим, думаю, ""Радеон"" может взять на себя оплату услуг Татьяны. В конце концов, она честно выполнила свои обязанности.

— Несомненно, — с достоинством ответил Зимин и достал из кармана пиджака бумажник с монограммой. — Татьяна, назовите цифру. И я вас очень прошу — давайте без излишней мнительности и стеснений. Работа есть работа, она должна быть вознаграждена.

Бедная Танюша не знала, куда деть глаза, похоже, что ей вовсе никакие деньги были уже не нужны. Боги мои, как она собирается выживать в этом мире? Надеюсь, что судьба будет к этой девушке снисходительна и подарит ей хорошего и надежного парня, за которым этот ребенок спрячется от житейских бурь. Ей-ей, она этого достойна.

— Татьяна! — хлопнул я ладонью по столу. — Сами себя задерживаем. У нас самолет вечером, время уходит. А я еще хочу выпить пива, ибо побывать в Чехии и не заглянуть хотя бы в пару-тройку пивниц, это преступление перед мировой культурой.

— Двести евро аванса и еще триста по прибытии обратно в Москву, — пискнула девушка затравленно.

— Ну и жадюга же Вежлева, — хохотнул Валяев. — Ни стыда, ни совести.