Файролл

Ветер становился все сильнее, в лицо нам швырнуло песком.

— Старый дурак! — заревел Карт, как будто Магнор мог его услышать. — Ты что задумал? Типа сам сдохну и вас всех заберу?

— А чего он задумал? — спросил я у Карта, но тот от меня просто отмахнулся.

— Потопить он нас всех решил, — сказал скороговоркой второй маг, Эйдор, нервно потирая руки.

— Может, его пришибить? Пульни чем-нибудь эдаким, да и всех делов! — тряхнул Эйдора Весельчак.

— Да фиг! — выкрикнул Эйдор. — Вон вокруг него защита какая! Он в нее свою жизнь вкинул. Саморазрушение!

""Потопить, потопить, — повторял я про себя. И тут в голове у меня будто открыли какую-то заслонку. — Точно! Кролина мне говорила, что этот маг использовал заклинание… Как же его… ""Всемирный потоп"". И всю деревню смыло в реку. Всю деревню"".

Перед глазами у меня встала босоногая Марика с куклой в руках.

— Да твою же!.. — заорал я. — Я ж ее в погреб отправил!

— Кого? — перекрикивая ветер, спросил Лориен.

— Девчонку, помнишь, я с ней говорил в деревне!

— Да и черт с ней, — проорал Лориен. — Неписем больше, неписем меньше. Вот нам всем как бы конец тут не настал!

Маг на вершине холма вращал посохом, как будто мешал что-то в невидимом котле с такой нечеловеческой скоростью, что его движения невозможно было разобрать. Над ним вертелась огромная воронка, в которую время от времени затягивало пролетающих птиц, преимущественно воронов. Небо над Снэйквиллем заволокло черно-синими тучами, внутри которых вспыхивали и гасли огненные росчерки молний.

— Все. Через несколько минут тут будет ад, только водяной, а не огненный. Кто хочет жить — на тот берег, вплавь, — сказал Карт и полез в воду. Обернувшись, он уточнил: — Есть еще минут пять. От силы.

Все побежали в реку.

— Винкль, чего застыл? — закричал мне Лориен. — Живей давай!

Инстинкт самосохранения вопил: ""Спасайся! Кто знает, что будет, если ты крякнешь не в своей учетке. Не останешься ли ты в игре навсегда?"" Я послал его куда подальше и двинул на холм, в деревню.

Пробегая недалеко от мага, я кинул в его сторону взгляд. Сквозь защитный кокон я увидел, что в глазах у него билось яростное солнечно-золотое пламя. Вращать посохом он перестал и теперь стоял, воздев руки к небесам. Небеса были не просто черные, их заволокла тьма без проблеска света.

Первые капли упали, когда я подбежал к небольшому дому, в котором жила Марика. Я влетел в дом, понимая, что времени нет, совсем нет.

— Марика! Марика! — орал я. — Это Винкль, мы с тобой разговаривали. Надо бежать. Да где же ты?

— Мам, это тот воин, про которого я тебе рассказывала, — раздался у меня за спиной голос девочки."

"Я обернулся. Она вылезала из-под крышки, под которой, видимо, был ход в погреб. В руках она по-прежнему держала свою тряпичную куклу.