Файролл

Меня немного смущал момент со стражниками на выходе из города — у них мог возникнуть вопрос, куда это меня несет, в то время как все прогрессивное человечество ждет старта большой парусной регаты, но и тут все обошлось — городские ворота были открыты, и около них никого не было. Надо полагать, стража тоже благополучно отправилась делать ставки и улюлюкать, поддерживая фаворита, местного капитана, о корабле которого даже я сегодня волей-неволей слышал. Корабль носил звучное название ""Черная каракатица"", и его изображения в виде самодельных плакатов были развешаны по всему городу, с призывами вроде: ""Поддержим"", ""Ори за наших"" и ""Ставь, а то проиграешь"".

За городом начиналась рощица, перешедшая в лес, а после и в бурелом. Часа два я брел по этому бездорожью, после перебрался через небольшую скалистую гряду, спустился по какому-то холму и наконец к условленному времени добрался до небольшой расщелины.

— Красавчик, — услышал я голос Чарли, а после увидел и его самого. — Явился?

— Да чуть не навернулся пару раз, пока шел, — ругнулся я вполголоса. — То коряги, то каменюки.

— Пусть это будут самые большие твои неприятности на сегодня, — оптимистично сообщил мне Чарли. — Но полагаю, что все основное веселье впереди.

Где-то далеко, там, где был город, что-то бухнуло, вверх взметнулись разноцветные брызги огня, еле различимые отсюда.

— Регата стартовала, — сообщил мне Чарли. — Стало быть, братья уже в доме или даже вышли из него, и очень хотелось бы надеяться именно на это. Пошли, на фелюгу посмотришь.

Я немного удивился, увидев то суденышко, на котором мне предстояло плыть. Это была совсем небольшая лодка с треугольным парусом и с веслами. Я почему-то считал, основываясь на романах, прочитанных в безоблачном детстве, что она будет покрупнее, ведь на фелюгах вроде даже пушки были.

— Под парусом ходил? — Чарли внимательно смотрел на меня.

— Не-а, — покачал я головой. — Никогда.

— И о чем Дэйзи думает, а? — обратился Оружейник к двум корсарам, сидящим на камнях. — На что надеется? Я не понимаю.

— На удачу, — философски ответил один из них. — Ходят слухи, что Красавчику сам Одноногий помогает.

— На Окорока надейся, а сам не плошай, — сказал как отрезал Чарли. — Пошли, покажу, что к чему.

Следующий час, за который совсем уже стемнело, был посвящен школе юного моряка. Мне показали, как ставить парус к ветру, как откренивать и уваливаться. Я почти ничего не понял из того потока терминов, который лился из Чарли, но одно усвоил твердо: если доплыву до Гвидо, чтоб я еще в лодку сел!

— Вот топор, — показал мне под конец Чарли плотницкий инструмент, лежащий под скамейкой, которую он упорно называл банкой. — Прорубишь днище здесь и здесь, причем сделай это не позднее чем за полмили до острова.