Файролл

Любая информация важна, помни об этом.

— И вот еще, — ко мне приблизился Зимин. — Завтра ты встречаешься с нашими… Скажем так, конкурентами… Помни о том, что тебе говорил Старик. Будь мудрым и хитрым, это важно. И потом — сразу ко мне на доклад, ясно? Ну или хотя бы позвони, что ли, лентяй ты эдакий!

— Будет сделано, — козырнул я.

Зимин сел в машину. Азов тоже почти влез в нее, но после, передумав, подошел ко мне.

— Да, Киф, может, девочке твоей с правами помочь? Ну, с их получением. Один звонок — и уже сегодня домой привезут, со всем уважением.

— Нечего, — жестко сказал я. — Пусть сама учится водить, и так вон смотрю, разбаловалась чересчур.

— Вот это правильно! — Азов одобрительно хохотнул. — Я тоже на это обратил внимание, ты с ней построже. Они, когда молодые, часто расслабляются быстро, мозгов еще немного, а амбиций — хоть отбавляй.

Машины уехали, а я отправился к метро, размышляя об услышанном и о своей несчастной доле. Жалея себя, я добрел почти до дома, но попасть в квартиру так быстро и так рано мне нынче была не судьба.

— Харитон Юрьевич, — раздался голос Еремы у меня за спиной, прозвучав чуть позже, чем звук затормозившей машины. — Увы, но день встречи нам пришлось перенести на сегодня. Не затруднит ли вас сесть в мою машину?

Глава 10,

рассказывающая о втором разговоре

— Ну, не могу сказать, что у меня вызывает большую радость подобное изменение в моем расписании, но я так понимаю, что вы все равно найдете массу аргументов для того, чтобы я это сделал, — выдал я фразу на редкость сложного плетения.

— Все зависит от ваших пожеланий. — Ерема был само примирение и миролюбие. — Но лучше было бы согласиться, смею вас заверить, что это в наших обоюдных интересах.

Все это звучало бы как изрядно завуалированная угроза, если бы не выражение лица Еремы, на котором не было ни малейшего намека на возможное применение силы, причем совершенно не наигранное и не фальшивое.

Я вздохнул и сел в машину, которая, как только я закрыл за собой дверь, резко набрала скорость.

В какой-то момент я подумал о том, что можно было бы и апробировать свежеподаренные часы, но, подумав еще маленько, выкинул из головы эту идею. Во-первых, никакой угрозы для себя я пока не видел, во-вторых, кто его знает, какие они методы будут применять для моего освобождения, ну и, в-третьих, кто поручится, что эти часы обо мне и так постоянно не сигнализируют, просто я этого не знаю. Вся эта демонстрация с экранами и точками на них может быть попросту муляжом, в который я должен поверить, знаем мы такие штуки.

— Вы о чем-то задумались? — Ерема, сидящий рядом со мной на заднем сиденье, повернул ко мне голову.