Файролл

Я как минимум двоих из ""Гончих"" видел. Они тебе такой ятаган выдадут. Будет тебе и белка, будет и свисток. Хотя странно, что он в город идти не боится. Может, просто не знает, что на него охота объявлена?""

Кстати, а враги-то мои одеты куда более паршиво, чем в наши предыдущие встречи. Как-то они облезло смотрятся. Видать, спешно выгребли из своих комнат то, чего там было, на аукцион не ходили.

— Как-то бомжевато выглядите, мальчики. Денежек нет?

— Спешили очень, — ответил Эуыых. — Тебя пропустить боялись.

— А с чего вы взяли, что я тут пойду?

— Так дорога одна. Ты ж тогда явно в город шел. Город здесь поблизости только один, вот мы сразу после смерти похватали, что было в комнатах, свиток последний использовали — и во Фладридж. А потом тут засаду устроили — не пойдешь же ты назад в Токбридж. Квестов наберешь и отправишься их выполнять. Сутки сидели, никого не трогали, из игры по очереди выходили, чтобы поспать, но тебя дождались.

""Логично, в уме не откажешь. Вот почему, собственно, их никто из ""Гончих"" не урыл ни разу — они все это время тут торчали. Они действительно не знают, что уже сутки как являются объектом охоты"".

Я был абсолютно спокоен от осознания того, что моя смерть будет практически сразу отомщена, и от того, что, даже сдохнув, я особо ничего не потеряю — наиболее ценные предметы в гостинице, деньги там же, а нынешняя сбруя и оружие — аукцион мне в помощь. И получше куплю. Тем более, мысль о том сюрпризе, который ждет моих уже закадычных врагов, меня безумно тешила.

Поэтому я совершенно спокойно сказал:

— Ну чё, шелупонь! Айда к блатному! — и встал в боевую стойку.

Орки, похоже, маленько оторопели от такого моего спокойствия и наглости. По крайней мере, обходить с двух сторон они меня стали с какой-то опаской и даже неуверенно, видимо не зная, чего ждать от чувака двадцать второго левела, готового драться с тремя противниками, да еще и более высокоуровневыми.

Я спокойно смотрел, как они берут меня в клещи. Убивать меня собирался явно сам Эуыых, дабы потешить возникший у него комплекс. Двое остальных должны были его страховать и, если вдруг что пойдет не так, прибить меня, чтобы, грешным делом, я не нанес их лидеру вреда. О длительных мучениях речь не шла, стало быть, Эуыых по каким-то причинам отказался от этой мысли. Может, зауважал, может, опасался моего клана — а ну как еще кто из придорожных кустов вылезет. Второе было более вероятным. Эта мысль меня повеселила, и я улыбнулся.

— Лыбься, лыбься, — процедил орк. — Сейчас тебе не до улыбок будет!

— Не-не-не, — ответил ему я. — Ты же порядочный злодей. Значит, должен сказать мне что-то вроде: ""Я сейчас сотру эту улыбку с твоего лица своей сталью"". Ну или там: ""Эта улыбка застынет на твоем лице, когда я снесу твою голову с плеч"".