Файролл

Валяев скроил некую гримасу, которую я не понял, но, похоже, понял хозяин кабинета.

— Ах, это. — Он щелкнул пальцами, блеснув белым золотом запонок на рукавах рубашки. — Право, чуть не забыл. Киф, приятель, я знаю, что вы общались с нашими давними закадычными недругами, они ведь даже пригласили вас в гости?

— Ну да, там некто Ерема… — начал было я, но остановился, поскольку хозяин кабинета махнул рукой, обрывая мою речь."

"— Ну этот Ерема не более чем посланец, в смысле — поди позови… Когда-то он был весьма и весьма влиятельным лицом, но годы, годы… Они ломают и лучших, а его и тогда лучшим назвать было сложно, слишком он был мягок, слишком доверял чувствам. Общаться с вами будет кто-нибудь другой, скорее всего, вашего собеседника будут звать… Впрочем, он сам вам назовется так, как пожелает. Что он вам скажет, я тоже предположить могу, но озвучивать не стану, это не слишком правильно, скажу только, что он вряд ли слишком хорошо отзовется о нашей корпорации, и тут ничего не поделаешь — вот такое у него сложилось о нас мнение.

— Так, может, лучше к ним не ходить? — предложил я. — Может, ну их совсем? Если это как-то вредит нашему делу? Мало ли чего они мне наговорят.

— Ну почему бы не сходить да не послушать? Вы свободны в своих мыслях, вере и поступках. — Валериан Валентинович посмотрел мне в глаза. — Вы имеете право выбирать, что вам ближе, с кем вам быть, кому доверять. Тем более что ничего опасного в этом визите нет — тронуть вас они не посмеют, уж поверьте мне. А что до их слов… Они всегда все говорят вроде как правильно, но вот только правда их… Она всегда остается правдой только для того, кто ее изрекает и потому в нее верит. А вот для всех остальных эта правда может быть чем угодно. Это тема для длинного разговора, на который сейчас у меня времени совершенно нет, но я надеюсь, что мы с вами поговорим еще и об этом, и о многом другом. А сейчас — извините, мне еще надо поработать. Бумаги, договоры… Экая скука.

Он проводил меня до самых дверей и протянул руку на прощание. Я ее пожал и уже повернулся к двери, как раздался хлопок и в кабинете прибавился свет — это хозяин активировал датчики освещения. Я на секунду обернулся, сам не знаю зачем, и увидел в шкафу, который стоял недалеко от стола хозяина, старый кувшин с искусной чеканкой, вызвавший у меня определенную ассоциацию, причем достаточно бредовую.

— Пошли ко мне, — в лифте сказал Зимин. — Коньяку выпьем.

В кабинете два друга набулькали себе в бокалы коньяку, я же отказался под предлогом того, что с утра не пью. Да и потом — поход в Каллидонский лес никто не отменял, опять же гэльтам обещана помощь, и за людей из ""Диких сердец"" оплата отдана, и немалая.