Фабрика отклонений

– Лев! Ешкин кот! Ты чего не спишь? Вот уж не ожидал услышать тебя в такое время.

– Жора, ты извини, но у меня дело важное. Я не разбудил тебя?

– Я в клинике на дежурстве, Лева. На посту, так сказать. А что случилось?

– Понимаешь, Жора, у жены проблемы. Второй день уже прихварывает. Ей не лучше, а даже хуже. Я беспокоюсь, что это по твоей линии.

– Сердечко? Ну-ка, изложи внятно, с примерами, подробными описаниями и жалобами жены.

Гуров стал рассказывать, как он все это видел со стороны. Маша сердилась, несколько раз пыталась вмешаться. Но вскоре она успокоилась и решила помогать, стала шепотом подсказывать свои ощущения. Потом все замолчали, и секунд тридцать стояла тишина.

– Ты «Скорую» решил вызывать? – наконец-то спросил кардиолог.

– Собирался. Сам понимаешь, что страшно пускать такое дело на самотек.

– На самотек не стоит. Вот что, Лев, супругу твою надо осмотреть. И чем скорее, тем лучше. Признаки и симптомы, которые я от тебя услышал, могут, конечно, не говорить ни о чем, но обследоваться в любом случае надо, даже если ничего страшного и нет. Давай так, я вышлю к вам машину со специалистом…

– У вас есть своя «Скорая помощь»? – удивился Гуров.

– Конечно. Я представляю серьезную частную клинику. Мы оказываем полный спектр услуг в области кардиологии. А ты… все еще полковник, да?

– Полковник, а что? Ниже чем к генералу у вас «Скорая» не ездит?

– Ездит ко всем. Понимаешь, Лев, я ведь тут не хозяин и бесплатно сделать этого не могу. А цены у нас…

– Да понял я все, не волнуйся. – Гуров даже попытался рассмеяться. – Нет проблем.

Машина пришла через пятьдесят минут. В квартиру вошел молодой улыбчивый врач в очках в сопровождении очень серьезной грузной медсестры. Они какое-то время колдовали с переносным кардиографом, еще с какими-то приборами.

Гуров сидел на кухне и уныло смотрел в окно на ночной город."

"«Вот, – думал он, – приходит такое время, когда, кажется, все бы отдал за то, чтобы не случилось несчастья. Чтобы проблема оказалась мыльным пузырем. Ведь человеку для полного счастья нужно очень мало – чтобы близкие, родные люди были живы и здоровы, чтобы ничего не менялось в жизни в плохую сторону. А еще надо понять и то, как мало нужно для ощущения несчастья. Вот лишь намек на болезнь, а ты уже нарисовал в голове такие мрачные картины, готов молиться, чтобы все обошлось».

– Лев Иванович! – раздался бодрый голос доктора.

Гуров сорвался со стула и кинулся в гостиную. Маша грустно улыбалась, поправляя халат, доктор складывал ленточку электрокардиограммы.

– Лев Иванович, Иноземцев велел мне вашу супругу забирать к нам.

– Что-то серьезное? – насторожился Гуров.

– Как вам сказать.