F20. Балансировать на грани

Никто не будет слушать отстранённого врача, а я давно сжёг свой диплом, чтобы не занимал места на полках.

Бегаю я долго и возвращаюсь домой вспотевший, усталый, запыхавшийся.

– Ну слава Богу! Мы тебя уже потеряли! – машет руками Катя.

Её муж, Михаил, кидается её успокаивать, шепча что-то вроде: «Я же говорил, что он в порядке». Девушка, представившаяся Алей, тоже здесь – почему-то не уехала со всеми гостями. Она скрестила руки на груди и смотрит на меня… «как-то странно» – это самое неподходящее выражение из всех, что только можно подобрать, но иного у меня не находится. Наверное, выгляжу я ужасно, не говоря уже про запах пота, струйки которого до сих пор катятся между лопатками. Хочется в душ, переодеться в более подходящую одежду и побегать ещё. Хочется оказаться в своей комнате.

– Олег, тебе не следовало вмешиваться сегодня, – наконец говорит сестра.

И без неё знаю, что не следовало. На мгновение перед глазами – стены психбольницы, даже приходится качнуть головой, чтобы прогнать иллюзию.

– Единственное, что мне следовало, – восклицаю яростнее, чем стоило бы, реагируя на разочарованный взгляд сестры, – утопить в бассейне её мамашу, которая доверила ребёнка двум сумасшедшим тёткам, разукрашенным в стиле Джокера!

Эффект восхитительный. Именно в такие моменты начинаешь понимать, что никто из твоих близких, хм, друзей, не верит в твою невиновность.

«А ведь он может» – настолько ясно читается на лицах присутствующих, что я усмехаюсь.

– Подожди, что ты такое говоришь, Катя, – возражает Аля. – Он же спас ребёнка, пока мы все испуганно таращили глаза! А мамаша этой девочки, действительно, непонятно чем занималась с Павлом в беседке в саду.

Называется, помощь пришла, откуда не ждали. Но разговор этот пора заканчивать. Я поворачиваюсь в сторону входной двери и совершенно серьёзным голосом произношу:

– Эмиль, пойдём.

Киваю головой и иду к лестнице. Тишина, ударившая в спину, становится лучшей наградой за мой необдуманный подвиг.

С Эмилем мы моемся в душе, после чего укладываемся на мою кровать. Я даже уступаю ему подушку и двигаюсь, чтобы парню было комфортно. Он не любит, когда я касаюсь его во сне. Наверное, я не нравлюсь Эмилю, или же он не является геем. Скорее всего. Впрочем, я этого ещё не решил.

* * *Нейролептики крайне медленно растворяются в воде. Жаль. Мне бы хотелось наблюдать, как они шипят, раздуваются, пенятся. Я мог бы представить, как всё это происходит в моём желудке. Как дрянь впитывается в кровь и за несколько секунд разносится по всему организму, наконец, попадает в мозг, где и происходит самое интересное.