Эволюция «Андромеды»

Переступив с решетки на прочный бетон, окрашенный желтыми линиями безопасности, Стерн остановился перед стеклянно-металлической клеткой, которая всегда напоминала ему вольер для хищников. В действительности модифицированный корпус BSL‐4 был разработан для содержания крайне опасных организмов микроскопических размеров.

За тройным стеклом двойник «Робонавта R3A4» неуклюже проводил эксперимент. Двигаясь медленно, прерывисто, он не обращал внимания на присутствие генерала. Стерн постучал по сенсорному монитору, установленному снаружи клетки, и робот мгновенно отреагировал мерцающим светом. На дисплее указывалось, что с R3A4 дистанционно работал студент Королевского технологического института Мельбурна (Австралия).

Стерн провел через терминал карточку-ключ, набрал код и посмотрел прямо в камеру, чтобы та установила его личность. Обмен данными с Австралией в один миг прекратился. Без лишних команд «Робонавт» принял стандартную позу: повернулся к Стерну, расправил плечи, уставился вперед.

Набрав номер контакта, Стерн сложил руки за спиной. Покачиваясь на пятках, он внимательно наблюдал, как устанавливалась спутниковая связь с МКС. Генерал все больше беспокоился о миссии – в особенности о том, что от Клайн не было должной пользы. Теперь он желал послушать, что она скажет без протокола в свое оправдание.

Однако робот оставался неподвижным, точно статуя.

Стерн всегда находил оживление робота весьма захватывающим зрелищем. Наблюдать за удаленным управлением – это почти как засвидетельствовать вселение души в тело. Тем не менее после нескольких минут ожидания генералу стало не по себе. Связь, безусловно, установилась, вот только ничего не происходило. Должно быть, что-то пошло не так.

– Клайн, – грубо отрезал генерал, не обращая внимания на жутковатый взгляд подземного робота.

– Генерал Стерн, – хрипло отозвалась Софи Клайн.

Посредством безопасного соединения ее слова передавались с МКС на динамик, встроенный во внешнюю часть корпуса робота. Каждый слог, казалось, проскальзывал в металлические глубины пустой многоярусной лаборатории. Генералу Стерну приходилось напоминать себе, что он разговаривал не с настоящим роботом, а с женщиной, которая в настоящее время находилась на МКС.

В трехстах милях над головой, подключив дисплей и надев специальные перчатки, Клайн управляла «Робонавтом».

– Почему вы вышли на связь… таким странным способом? – поинтересовалась Клайн.

– В целях безопасности. Удаленные данные передаются в виде машинного кода. Другие линии тоже зашифрованы, но вы же знаете, на что способны русские.

Робот кивнул, и генерал явно смутился от такого человеческого жеста.

– Команда «Лесной пожар» пропустила полуденную связь. – Стерн крепче сжал руки.