Ева

Я вошел в консульство весёлым оптимистом, а вышел седым недовольным бюрократом.

В тот день небо не жалело для меня ни осадков, ни чудес. У Гамлета Суреновича есть секретарь, Люба. Она же юрист, кофевар, помощник бухгалтера и мастер по ремонту копировальных аппаратов. Добрая ведьма широкого профиля. Однажды на спор нашла в Интернете инструкцию по изготовлению ядерной бомбы в условиях коммунальной кухни. Она знает массу полезных заклинаний. Чтобы соткать из воздуха и снега латвийскую визу, ей понадобилась неделя. Она носилась по городу, вырывала из вражьих лап справки, фотографии и копии паспортов. Заполняла бесконечные бланки на сказочных языках, которыми никто давно не владеет. Это называлось «сделать быстро, по знакомству, за приличные деньги». В пятницу выдала мне паспорт цвета моей крови и подшивку непонятных документов. Формально, я купил трёхнедельный тур по фермам Латвии. Потому что жить не могу без сельского туризма. Без запаха сена и парного навоза. Особенно, в январе. Ну знаете, этот белый парнокопытный дым на утреннем холоде, ремонт трактора в колхозной мастерской, ранняя темень, водка, борщ и юморист Галкин по телевизору. Всё это так расслабляет.

Была ещё сложность. Я не знал где искать мою Золушку. Вместо туфли она оставила резинку. Метод поиска невест по деталям причёски Андерсен не осветил.

Снова выручила Люба. В Риге жил наш коллега по имени Янис. Однажды он посетил Питер. И самым ярким впечатлением стала для него колбаса, купленная где-то в районе метро «Пионерская». Она называлась «Конская». Её вкус затмил собой Эрмитаж, мосты, Неву и даже луну в картине художника Куинжи. Балтийский гость неделю питался только ею. Потом увёз с собой, сколько смог. Видимо, Янис был потомком некого монголо-татарина, которому удалось дойти-таки до северных морей где-то в районе Вентспилса. За четыре палки зелья с эфемерным присутствием конины он был готов убивать и унижаться. Люба нашла места хранения зелья. Я купил ему шесть палок, ещё одну себе. Попробовал — никаких откровений. Обычный копчёный картон, просто очень дорогой. Если артефакт когда-то и лежал рядом с лошадью, то очень недолго.

Во вторник я написал Янису слезоточивое письмо. Дескать, ищу двоюродную сестру, с которой в детстве делил кубики и горшок. Теперь скучаю, сил нет. Зовут её Ева Упите. За адрес готов стать колбасным контрабандистом.

На следующий день Янис показал мне её почтовый адрес. Рига, улица Колкасрага, 14. Больше никаких сведений. Впрочем, я был счастлив.

До Нового года оставался день. Я обзвонил записную книжку от «А» до «Н», на остатки списка плюнул. Купил вина, готовых салатов, которые утром выбросил. Запер двери, выключил телефон и встретил Новый год, закусывая чилийское красное конской колбасой.

* * *2011 год.