Это! Моя! Земля!(СИ)

Сначала неторопливо, судя по негромкому бубнежу голосов за металлической стеной, прошли по всему периметру ангара, потом один из разведчиков явно зачем-то залезал на округлую стену и гремел по железной крыше подошвами ботинок. После этого Грушин и один из ребят, тот, которого он отводил в сторону первым и с которым о чем-то довольно долго переговаривался, тянули по балкончику, что изнутри опоясывал ангар по кругу, через узкие окна почти под крышей, тонкие, чуть толще суровой нитки, золотистого цвета проводки. Затем, когда уже начало понемногу смеркаться, Николай Николаевич поставил двоих разведчиков в караул и, отправив оставшуюся троицу и девушек ужинать и спать. А сам долго возился на столе своей «кондейки» с какими-то небольшими коробками, к которым водному ему понятной последовательности подключал эти самые проводки-нити.

Железный Макс пытался было прямо с балюстрады, не отходя от окошка, у которого дежурил, травить байки расположившимся парой метров ниже него в спальниках на ящиках девушкам, но Грушин рыкнул на него так, что балагур только сделал страшные глаза и бдительно уставился в сгущающийся за окном ночной мрак. Да, похоже, не для всех дядя Коля — добрый дядюшка. Для некоторых вон — очень даже строгий.

Женька некоторое время ворочалась на непривычно жестких, после провисшей панцирной сетки, ящиках, но потом как-то незаметно для самой себя задремала.

— На месте! На месте, кому сказано?!!

Подскочившая от громкого предупреждающего крика Женька больно тюкнулась локтем о какой-то ящик и тихо ойкнула. Что это? Что случилось?

— Ах ты ж…!!! — не стесняясь в выражениях снова заорал Макс. — Тревога! К бою!!!

Прямо над головами девушек загрохотал автомат, а вокруг, отскакивая от ящиков и полок, запрыгали обжигающе-горячие гильзы.

п. Осинники. 31 марта, суббота, вечер-ночь

— Ну, может и так, — недоверчиво пожимает плечами Артём. — Но я и так, как ты — не смог бы.

— Подучишься — сможешь, — уверенно рублю ладонью воздух я. — Нет там ничего сложного — тренировка и еще раз тренировка, вот и все.

Махнув рукой Сереге, руководящему сбором трофеев, мол, дальше вы тут уж как-нибудь сами, а у меня своих дел — аж по самый кадык, объявил своим по рации общий сбор возле УАЗа, запрятанного за ближайшей к автобусной остановке кирпичной двухэтажной «хрущёбой». После чего и сам двинул к нему неспешной рысцой. Солоха мне, понятное дело, опять попеняет за то, что по разбитым джипам пошарить не дал, но нам командир своих задач нарезал, которые тоже выполнять нужно. Кстати, о командире… Доложить бы нужно…

— Вот я так и знал, Грошев, что ты анархист и приказы руководства тебе вообще побоку, — гудит Львов своим густым басом в трубку «Иридиума».