Это! Моя! Земля!(СИ)

Потому как, если слух Пака не подвел, то когда дверь закрылась у него за спиной, заместитель мэра, будто змея, прошипел кому-то (да отпрыску своему, кому же еще!): «Сидеть! Позже…»

Едва выйдя из штабного корпуса, Юра быстрым шагом направился к превращенной в общежитие для семейных курсантской казарме. Ему нужно было срочно поговорить с Чугаевым.

— Владимир, открой мне страшную военную тайну, — начал он прямо с порога, даже не войдя толком в один из крошечных кубриков, в которых раньше по двое жили курсанты, а теперь были расселены семейные эвакуанты. В этом кроме самого старшего прапорщика ютились еще и его жена с двумя детьми. — А есть в вашей героической структуре какая-нибудь фиговина, позволяющая легко вскрывать закрытые металлические двери?

Старший прапорщик, явно не ожидал такого вопроса, но задумался не больше чем на секунду.

— Разумеется, есть, Юра. Только не «фиговина», а «специальное средство». Называется «Ключ-М». Хорошая штука, но сейфовую дверь не возьмет — сразу предупреждаю.

— Сейфовую и не нужно, — чешет в затылке Пак. — А квартирную возьмет?

— Почти наверняка, — пожимает плечами Владимир. — Не возьмет с первого раза — второй заряд наложить можно будет. Только на кой оно тебе вообще?

— Тогда переходим к следующему пункту повестки, — Юра делает вид, что вопроса, заданного старшим прапорщиком, не услышал. — Есть у тебя на примете несколько по-настоящему надежных людей? Таких, чтоб ты с ними готов был в огонь и в воду? И был уверен, что не бросят и не предадут?

— Нормально ты спросил, — мрачнеет Чугаев. — Так, пойдем-ка на улицу, покурим, заодно и расскажешь, во что ты без меня вляпаться успел…

Учебный центр «Пламя» — г. Дмитров. 30 марта, пятница, утро

— Сделаем, тащ полковник, не вопрос, — рапортую я в трубку «Иридиума» и отключаюсь.

Парни выжидающе смотрят на меня. То, что во время разговора я какие-то новые вводные получил, они и по моим фразам догадались — не маленькие. Но всем явно интересно узнать, что конкретно для них любимое начальство приготовило?

— Не делайте таких лиц, мужики, а то я сейчас прямо расплачусь, ей-богу, — брюзгливо ворчу, убирая спутниковый телефон назад в «мародерку». — Сейчас все расскажу…

О результатах нашей вчерашней, аж до полуночи затянувшейся, беседы с Пантелеевым я сразу же, несмотря на позднее время, доложил Львову. Выслушав полный расклад здешних дел, Батя порекомендовал ночью назад не ехать, ну, если, конечно, принимающая сторона силой со двора не погонит, а утром еще раз перезвонить, мол, есть на наш счет у руководства соображения. А нам что? Мы ж исполнительные военные: скажут — копаем, не скажут, соответственно, не копаем… Из «Пламени» нас, понятное дело, никуда не погнали.