Этан с Афона

Дыхание у него восстановилось, и сердце перестало колотиться, но он всё сидел на полу в чулане, обхватив себя руками. Прошло не меньше часу. Так, говорите, если бегать и прятаться, этим проблем не решишь? Лучше что-то делать, всё равно что, чем гнить в заключении в гостиничном номере Куинн? Просто удивительно, как быстро происходит переоценка моральных ценностей под воздействием разряда из серебристого раструба нейробластера. Он уставился прямо перед собой в темноту. В тюрьме, которую устроила ему Куинн, хотя бы туалет был…

Вот теперь ему точно ничего не остаётся, кроме как пойти к станционным властям. К Куинн ему не вернуться, она недвусмысленно дала это понять. Иллюзии, что ему удастся заключить сепаратный мир с цетагандийскими маньяками, начисто развеяны. Он легонько побился головой о стену чулана, в знак потери самоуважения, потом кое-как распрямился и начал осматривать своё убежище.

Он наткнулся на шкаф с комбинезонами станционных техников и вспомнил, что до сих пор одет в планетную одежду. За этим последовала другая, более ужасная мысль — быть может, Куинн подсадила ему «жучок»? Уж конечно, у неё для этого было достаточно возможностей. Он разделся догола и вместо своей афонской одежды взял красный комбинезон и ботинки. Ботинки были почти впору, только чуть-чуть великоваты. Они немедленно начали натирать ему ноги, но он не осмелился сохранить из своей старой одежды даже носки. Всё равно этот камуфляж нужен ему только для того, чтобы добраться до ближайшего отделения Службы Безопасности Станции Клайн — точнее, чтобы сначала выяснить, где находится ближайшее отделение, а потом до него добраться.

Этан выскользнул из чулана, повернул налево и зашагал по коридору, старательно подражая деловой поступи станционного жителя. Он постарался запомнить номер чулана, чтобы потом забрать свою одежду. Он прошёл мимо двух женщин в голубых комбинезонах, везших нагруженную платформу. Они явно торопились, и Этан не смог заставить себя остановить их и спросить дорогу. Станционный техник, какого он изображал в своём красном комбинезоне, не мог не знать, куда ему идти. Им это наверняка показалось бы странным, даже если бы он говорил без акцента.

Он как раз начал серьёзно сомневаться в своём первоначальном допущении, а именно: что если он сам не знает, где он, то и его преследователям этого не узнать. Тут послышался вопль, треск и грохот падения. Этан мгновенно устремил взгляд вперёд, на пересечение двух коридоров. Там столкнулись две нагруженные платформы. Крики и ругань смешались с грохотом падающих пластмассовых ящиков, ушераздирающим писком и кудахтаньем. Из перевёрнутого ящика вылетали комья жёлтых перьев, описывая дуги и отскакивая от стен.