Этан с Афона

 — А куртка мне самой понадобится. Но если вы как-нибудь зароетесь в подушки, будет достаточно тепло.

Этан как будто проваливался в кучу облаков. «Зароюсь, — пробормотал он, — тепло…»

Она порылась в кармане куртки.

— А вот вам шоколадный батончик, подкрепитесь.

Он выхватил батончик у неё из рук, не в силах совладать с собой.

— Да и ещё вот что. Вам нельзя пользоваться здешней канализацией. Компьютерные датчики это сразу зарегистрируют. Я знаю, что это прозвучит ужасно, но — если вам понадобится в туалет, воспользуйтесь этой цистерной. — Она помолчала. — В конце концов, нельзя сказать, что он этого не заслужил.

— Я скорее умру, — отчётливо произнёс Этан с полным ртом, давясь орехами и слюной. — А — а вы скоро вернётесь?

— Не раньше чем через час. Можете поспать, если хотите.

Этан вздрогнул и проснулся.

— А теперь, — она деловито потёрла руки, — наступает вторая фаза проекта Эл-Икс-Десять Терран-Си.

— Это кодовое название Миллисоровского генетического проекта. Сокращённо — Терран-Си. Может быть, то, над чем они работали, было в какой-то мере земного происхождения.

— Но Терранс Си — это человек, — сказал Этан. — Они всё время меня спрашивали, прибыл ли я для того, чтобы встретиться с ним.

Она на мгновение застыла.

— Да? Как странно… Очень, очень странно. Я об этом понятия не имела. — Её глаза сияли, как зеркала. Потом она исчезла.

Что-то тяжёлое упало Этану на живот, он испуганно ахнул и проснулся. Он затрепыхался, дико озираясь по сторонам. Над ним стояла коммандер Куинн в колеблющемся свете фонаря, зажатого в руке. Пальцами другой руки она выбивала отрывистую дробь по пустой кобуре парализатора. Этан нащупал у себя на животе громоздкий сверток, оказавшийся форменным комбинезоном станционного техника, в который были завёрнуты форменные же ботинки.

— Надевайте это, — скомандовала она, — и побыстрее. Я, кажется, придумала, как избавиться от тела, но нам надо добраться туда раньше, чем сменятся дежурные, чтобы застать нужных людей.

Он оделся. Она нетерпеливо помогала ему с незнакомыми застёжками и крючками, потом опять усадила на антигравитационную платформу. Он чувствовал себя отсталым четырёхлетним ребёнком. Потом наёмница исчезла ненадолго, чтобы убедиться, что путь свободен, и наконец они покинули дворец никем не замеченные, как и вошли, и двинулись в путь через лабиринт Станции.

Этан подумал, что по крайней мере он больше не чувствует себя так, будто его мозги плавают в сахарном сиропе в отдельной банке. Мир теперь расступался перед ним с ясностью, не превышающей обычного уровня, и от разноцветных предметов у него в глазах не начинали полыхать огни, оставляя за собой обугленный след.