Есть ли жизнь после отбора?

Все смешалось воедино – приветственные крики людей, обеспокоенная ругань Тины и осторожные расспросы Митара. Помню только, что Кристоф повернулся к людям и громко, четко произнес:

- Моя невеста, леди Фоули-Штоттен, ценой невероятных усилий закрыла Прореху создававшую Пересветы и вернула в мир вторую Свечу. Два магоскопа вновь излучают защитную магию и нашему миру не грозит ничего, кроме единичных прорывов мелкой дряни.

И, уже когда мы шли по темным коридорам моего родного замка, я осторожно произнесла:

- Ты ведь понимаешь, что магоскопы ничего не излучают? Они просто часть защиты.

- Зато слух пойдет по всей стране,- серьезно сказал Кристоф,- и больше ни одна тварь никого не сможет обмануть.

А после был душ, горячий как кипяток, и завтрак-обед-ужин в огромной кровати, вместе с бассетами, Кристофом, Тиной и Мароном. Последние, к слову, держались друг к другу близко-близко и, ближе к полуночи, ушли искать гостевую спальню.

- Я останусь здесь и буду чутко прислушиваться,- выразительно произнес Гамильтон и, заняв пол кровати, оглушительно захрапел.

Ауэтари, ставшая чуть неуклюжей, сколдовала себе объемное гнездо, а Кристофу пришлось помогать ей туда забраться. Мне же довелось шепотом просветить его, что беременность у этих псов идет совершенно иначе – тела щенков формируются за считанные дни, а в дальнейшем развивается лишь их магия.

- Еще неделя-две и леди Ауэтари будет необходима магия родного мира,- зевнула я.

- Я помогу,- донесся шелест из складок одежд Кристофа,- никто не обидит Вынашивающую, чей покой оберегает Ядовитая.

Обнадежив нас, Тиль-таэль заползла в гнездо Ауэтари и оттуда вскоре раздалось уютное сопение.

Наших же с Кристофом сил хватило лишь на то, чтобы отвоевать у Генерала часть одеяла и укрыться. Боюсь, что завтра нас ждет суматошный день.

Засыпала я уткнувшись лицом в плечо Кристофа, а проснулась навалившись на спину Гамильтона.

- Доброе утро,- веселый, ничуть не сонный голос Тины заставил меня застонать. – Вставай-вставай, хочу понять, что именно ты с собой сделала и как тебя лечить. Диагност показывает зашкаливающее количество зарубцевавшихся ран.

Потянувшись, я перевернулась на спину, села и с сонной улыбкой посмотрела на подругу:

- Знаешь, после всех приключений, спасибо, что руки и ноги все еще на месте. И глаза два, а не один.

- Расскажешь?

А я вдруг поняла, что… Не сейчас. Не этим утром, когда иллюзия нормальности сильна как никогда.

- Расскажу, потом. Клянусь.

И Тина, Тина, которая еще полгода назад вытрясла бы из меня все подробности, просто кивнула:

- Да, вспоминать не особенно хочется. Ладно, завтрак мы приготовили, в замке твоем чуть не заблудились, а мне пора к Делии. Она выжила, но поседела.