Если ты простишь (СИ)

Я уверена, ты сможешь придумать что-то правдоподобное… Аришке я сейчас тоже напишу. Прости меня».

Сумбурно. Нелепо. Жестоко.

Пожалуй, именно этими тремя словами можно охарактеризовать то моё сообщение. Аришке я написала про командировку «на пару месяцев» — и через полчаса получила в ответ смайлик с вытаращенными глазами.

Пока ехала к Ромке, всё время проверяла телефон — потому что Вадим, судя по всему, был на какой-то встрече или презентации и в мессенджер не заглядывал. Меня трясло от волнения, я почти ничего не соображала, слёзы по какой-то причине стояли в глазах, затуманивая взгляд…

Вадим начал звонить, когда я уже подходила к гостинице, где жил Ромка. Телефон трезвонил не переставая минут пятнадцать, и всё это время я стояла на крыльце, сжимала его в ладонях и смотрела на мигающий экран, где зловеще светилось имя мужа.

Я не замечала, что хорошая погода закончилась, небо затянуло серыми тучами, и из них на землю хлынул проливной ледяной дождь. Стояла на крыльце — даже не под навесом! — и мокла, глядя на мобильный телефон.

В конце концов Вадим перестал звонить. Написал в мессенджер краткое и холодное:

«Хорошо, я сделаю так, как ты попросила».

И всё.

Стало ли мне легче, когда я прочитала это сообщение? Нет. Абсолютно.

Но Ромка ждал, и я, убрав телефон в сумку, поспешила в гостиницу.

33

Лида

Аришка быстро слопала свой йогурт и убежала на встречу с Вадимом, а я, сполоснув посуду — надо привыкать убирать за собой, скоро у меня не будет ни домработницы, ни мужа, — пошла одеваться. Я обещала дочке, что выйду минут через десять — наверное, им хватит времени, чтобы всё обсудить. Да и что там обсуждать? Всё предельно ясно. Мы разводимся, Аришка остаётся с Вадимом.

Интересно, как скоро он женится опять?"

"От подобной мысли я всхлипнула и, почувствовав, как резко ослабели ноги, опустилась на кровать в спальне. Господи, больно-то как! Думать о том, что Вадим может быть с какой-то другой женщиной… невыносимо.

А ведь раньше я ничего подобного не ощущала. Почему? Да потому что знала: Вадим — только мой. Он всегда это демонстрировал и подчёркивал, да и понимала я, что он слишком честен и брезглив для того, чтобы заводить каких-то девок на стороне. Я вообще подозреваю, что он и онанизмом не особенно способен заниматься, но мы это никогда не обсуждали.

Сейчас же, после моего предательства, Вадим начал стремительно отдаляться. И я уже чувствовала: он больше не мой. Да, пока он ничей. Но… Боже! С моей стороны будет глупо думать, что он станет коротать свой век в одиночестве. Как только Вадим разведётся, на него начнётся настоящая охота. Такой мужчина — и свободен! Не сомневаюсь, что выбор среди кандидаток на роль жены получится огромным.

Однако роль-то не только жены… ещё и матери. Точнее, мачехи для Арины.