Если ты простишь (СИ)

Тёмно-каштановые волосы, собранные в хвост, карие глаза, виноватая улыбка на лице и пристальный взгляд, изучающий не кожу, а то, что под ней. Так смотрят недоверчивые люди.

— Да? — откликнулся я.

— Я видела, что ваша дочка здесь занимается, если я правильно поняла.

— Правильно, — сказал я и посмотрел на наручные часы.

— Я хочу привести сюда сына, но не понимаю, хорошая ли это школа. В интернете отзывов мало, да и сами знаете, как многие из них пишутся. Администратор, конечно же, расхваливает, как тут гениально всё придумано и как понравится моему сыну, хотя она его в глаза не видела. Оно и понятно, ей надо продать абонемент. А мне-то что делать? Вот я и не знаю, кому верить.

— И вы решили поверить мне, первому попавшемуся незнакомцу?

— Вы хотя бы точно живой человек, а не бот в интернете. И вроде как не продаёте абонементы. Или продаёте? — на её лице появилась ироничная гримаса, от которой на одной из кругленьких щёчек образовалась игривая ямочка. И мне это понравилось. И ирония, и ямочка.

Я засмеялся. Её взгляд смягчился. Я как будто бы прошёл один из её тайных тестов.

— Нет, у меня другая работа. А про танцы, — я на мгновение запнулся: понял, что произнесу сейчас то, что не говорил посторонним женщинам уже очень много лет, — давайте я расскажу вам за чашечкой кофе? Не подумайте ничего плохого, — я сказал ей это действительно без задних мыслей, — просто я, пока дочь танцует, обычно хожу в соседнее здание, там приличная кофейня. Если у вас есть время, пойдёмте туда вместе, и я расскажу всё, что вам будет интересно.

— Да, спасибо большое. Буду очень благодарна. Я много времени у вас не отниму.

— Больше, чем длится занятие, точно не отнимете, так что не переживайте.

Она улыбнулась, и мы пошли на выход.

Я заказал американо, она капучино. Она задавала вопросы, я отвечал. Её звали Лера, и она словно решила выведать у меня всю информацию не только о школе танцев, но и о других активностях Арины. Видимо, почуяла основательность в подходе, который я использовал при выборе школы.

Общались прилично и совсем недвусмысленно до одного конкретного момента.

Лера решила поправить причёску и, почему-то немного виновато посмотрев на меня, распустила волосы и стала собирать их в новый хвост. И я неожиданно понял, что она чертовски напоминает мне известный автопортрет художницы Зинаиды Серебряковой, где та за утренним туалетом ухаживает за своими волосами."

"После этого мне стало сложнее слушать, что говорит Лера, потому что я начал разглядывать её лицо и длинную изящную шею как произведение искусства, точь-в-точь как разглядывал бы ту картину в Третьяковской галерее.

Я снова машинально потрогал кольцо, которое много лет назад надела мне Лида. И тут же обратил внимание, что у моей собеседницы нет кольца, но есть след от него.