Если ты простишь (СИ)

Мы начали ласкать друг друга, буквально утонули в нежности, и всё было почти прекрасно…

Я не знаю почему, но неожиданно ко мне в голову забрела мысль, что в этот раз Лера особенно старается из чувства благодарности за санаторий. Вроде бы и не было в этом ничего криминального, естественное чувство, но всё-таки мне не хотелось превращать отношения во взаимообмен. Фу, аж противно от подобных мыслей. В конце концов, если бы меня интересовал секс за деньги, даже с учётом моей брезгливости, я бы уже давно нашёл способ его получить.

Зацикливаться на этих мыслях я не хотел, к тому же, возможно, Лера просто соскучилась по мне и поэтому вела себя не совсем как раньше. В общем, я заставил себя перестать сомневаться в её мотивах и искренности.

Однако в итоге встреча всё равно оказалась омрачена. Я не снял футболку, пока был в постели с Лерой, — совершенно неспециально, кстати, — и разделся полностью, только когда пошёл в душ. Лера тут же заметила несколько почти заживших царапин на моих плечах, оставленных Лидой во время секса…

Врать было больно.

Но говорить правду я был не готов. Невозможно объяснить другому человеку, насколько твоё состояние было невменяемым и неадекватным, особенно когда сам ничего не понимаешь. Убеждён, подобное объяснение стало бы немедленным финалом наших отношений, и упрекнуть Леру мне было бы не в чем.

Пришлось брать груз лжи на свою совесть, мысленно поклявшись, что больше таких ситуаций я не допущу. Во имя будущего с Лерой."

"В итоге я наплёл, что разодрал себя сам, когда меня лихорадило.

— А может, бывшая жена помогла? — уточнила Лера, подозрительно щурясь, и по глазам было видно — не верит.

Как же мне было тошно от самого себя, когда я стал убеждать Леру, что у неё нет повода для ревности. С трудом выкрутился, обнял, приголубил и успел подумать, что всё обошлось, но как оказалось позже — нет.

Я уже стоял в дверях, собираясь уходить, когда Лера решительно заявила:

— Я бы хотела, чтобы ты с ней никогда больше не виделся.

— Она — мать Арины, — ответил я спустя мгновение удивлённого молчания. — Так что даже если бы и был повод для ревности, то совсем не видеться с Лидой в любом случае невозможно.

— Стараться — всегда возможно.

Я только развёл руками.

Разговор на том и повис. Обещать то, что я не намерен выполнять, я не хотел. А Лера наверняка понимала, что полностью убрать Лиду из моей жизни действительно невозможно.

И это абсолютная правда. Всё, что я мог, да и хотел, — не создавать провоцирующих ситуаций. Но я уже и так решил следовать этому правилу. Однако совсем не общаться с Лидой я не собирался, несмотря ни на что.

Ведь мы с ней, как ни крути, стали друг другу как родственники.