Если ты простишь (СИ)

Хотя поначалу я даже немного расстроился.

В итоге по изначальному плану весенние каникулы ничем не отличались от обычных дней, разве что Арина должна была чаще сидеть дома или проводить время с мамой. Но Бог в этот раз решил серьёзно посмеяться над моими попытками что-то планировать.

За день до отъезда Леры с Маратом в санаторий я заболел. Поначалу думал, что легко захворал, но на всякий случай решил отменить поездку до санатория, куда собирался лично их доставить. Лере сказал, чтоб она заказала такси.

— Сильно заболел? — жалобно спросила Лера, когда я всё ей объяснил.

— Вроде бы нет, но не хочу разболеться. Отлежусь денёк.

— Ну хорошо, поправляйся.

В тот день Арина была у Лиды и планировала остаться с ночёвкой, и я валялся дома в одиночестве. Ближе к ночи проснулся и понял, что меня жутко знобит, несмотря на то, что я лежу под тёплым одеялом и в одежде, ещё и вспотел до безобразия. Попытка встать с постели не увенчалась успехом. Меня повело, и я чуть не упал на пол. Завалился обратно на кровать с чувством подкатывающей к горлу тошноты.

Конечно я даже не поставил заранее на тумбочку стакан воды и не приготовил никаких таблеток. Что-то в мире, увы, не меняется.

Хотя бы телефон был под рукой. И умудрился не разрядиться.

Я набрал Леру. Она ответила сонным голосом:

— Да, Вадим? Я сплю уже… Что-то срочное?

— Я з-заболел…

— Хуже стало?

— Д-да…

— Ты постарайся уснуть. Сон — лучший лекарь…

Я хотел сказать, чтобы она приехала ко мне либо с Маратом, либо завезла сына к отцу, а потом одна ко мне, потому что я даже не могу встать и налить себе воды, не говоря уже о том, чтобы найти какие-то таблетки, но передумал, услышав от Леры:

— Мне спать надо. Завтра рано вставать, а то не высплюсь. А нам опаздывать нельзя, на завтра уже процедуры назначены в санатории, сегодня звонили и уточняли, приедем ли мы. Напиши мне утром, как ты, ладно?

— Л-ладно, — сказал я с трясущейся от озноба челюстью и сбросил звонок.

Вначале я подумал, что, может, и вправду стоит попробовать уснуть, а там и полегчает. Но неожиданно накатила новая волна тошноты.

Я свесился с кровати, и меня вырвало. Рвало долго — только казалось, что всё прекратилось, как новый приступ. Я и так давно не пил воды, но теперь обезвоживание мне уже не грозило, а было свершившимся фактом.

Обессиленно повалившись обратно на кровать, я был не в состоянии даже снять с себя вонючую одежду, что уж говорить о грязной постели и луже с моим завтраком на полу.

Лихорадило страшно. Я весь трясся, градусник даже если бы и был рядом, то мне вряд ли хватило бы сил на то, чтобы удержать его под мышкой.

Телефон лежал под рукой, но сжать его я не мог. Звонить в скорую по громкой связи? Но не настолько ведь всё серьезно? И как я им дверь открою? Да и… нет, ну какая скорая.