Если ты осмелишься

Аниса кивает и возвращается к своему ноутбуку, чтобы прочитать электронную почту. По крайней мере, она притворяется.

Мама отвечает после третьего гудка.

— Вайолет? — спрашивает она. Раньше она называла меня дорогой.

— Мне нужно вернуться домой. — Мой голос уже дрожит.

Тишина. В мой первый день в детском саду я так много плакала, что воспитательница разрешила мне позвонить маме из приемной, и она ушла с работы, чтобы забрать меня пораньше. В мой первый день в колледже я позвонила ей, плача, что уже скучаю по ней, и она не отходила от телефона, пока я не уснула.

Тупая боль укореняется глубоко в моей груди, когда на этот раз она не предлагает приехать за мной.

— Ты знала, что этот первый день возвращения будет нелегким. Ты сможешь пройти через это.

— Я буквально пойду учиться куда угодно еще, — умоляю я. — Только, пожалуйста, не заставляй меня оставаться здесь. — Она может отправить меня в университет на Аляске, мне все равно. По крайней мере, там никто не узнает, кто я. Что я натворила.

— Что случилось? — Ее тон теперь мягче, он полон беспокойства.

Мой голос срывается.

— Уэс ненавидит меня.

— Он не ненавидит тебя, — успокаивает она. — Ему больно и он зол, но это пройдет, когда он поймет, что случившееся было несчастным случаем. Ты так усердно работала ради этой возможности, Вайолет. Немногим людям посчастливилось получить бесплатное образование, не говоря уже об университете их мечты. Ты всю свою жизнь хотела стать писателем, и ты не можешь ради кого-то пожертвовать всей своей тяжелой работой. Если ты уйдешь, тебе придется искать способ заплатить за жилье, машину, обучение. У нас нет на это денег. Поверь мне, Уэс найдет в своем сердце силы простить тебя, и ты будешь так рада, что решила остаться.

— Что, если я просто возьму годичный перерыв? — Мое сердце бешено колотится в груди. Я не могу здесь оставаться. Я не могу. — Я вернусь после того, как он закончит учёбу.

— Ты лишишься стипендии. — Многозначительная пауза. — Что случилось с Уэсом, Вайолет? Если что-то произошло, я могу поговорить с Новаками.

Это только заставило бы Уэса обижаться на меня еще больше, если бы он узнал, что я побежала к маме и втянула в это его родителей. У меня и так достаточно чувства вины, которое давит на меня. Большего мне не нужно.

Мама права. Я больше нигде не получу бесплатного образования, а это то, ради чего я работала всю свою жизнь. Все, что у меня осталось, — это мое образование, моя карьера. Мое писательство — единственная оставшаяся часть меня, которая приносит мне проблеск радости, надежды. Я не могу от этого отказаться.

Уэс сейчас в бешенстве. Он пригрозил убить меня сгоряча. Но на самом деле он никогда бы не причинил мне вреда.

Он будет занят своими занятиями и напряженным хоккейным графиком.