Если ты осмелишься

Черт, мне нравится слышать свое имя на ее губах. Я хочу заставлять ее стонать мое имя каждый божий день.

— Тебе нравится мой член внутри тебя, да, детка?

— Да. Мне это нравится.

Я ухмыляюсь, как гребаный идиот.

Она опирается на мои плечи, покачиваясь вверх-вниз по моему члену. До самого кончика и на полпути к основанию. Я ухмыляюсь. Так мило, что она не может принять все это целиком. Пока нет. Она примет.

Ее глаза закатываются, когда я быстрее обвожу пальцами ее клитор, а ее бедра набирают скорость. Я тяну ее за волосы одной рукой, а другой обхватываю за шею, сжимая по бокам, чтобы ограничить приток крови, когда ее пульс подскакивает под моим большим пальцем. Ее стоны эхом отдаются вокруг нас, заставляя мой член пульсировать внутри нее.

— Ты принимаешь противозачаточные? — Я тяжело дышу, зная, что долго не протяну. Не с Вайолет, которая так выглядит и говорит.

— Да. — Еще один непроизвольный стон. — Войди в меня.

— Блядь. — Я стону и толкаюсь в нее бедрами.

Я отпускаю ее горло, заменяя свою руку ртом, ощущая вкус хлорки и ее восхитительной кожи у себя на языке. Я глажу ее по шее к уху, покусывая и посасывая мочку, пока она не начинает хныкать.

Она как пластилин в моих руках.

Ее хватка на моих плечах усиливается, и ее киска начинает сжиматься вокруг моего члена, ее стенки почти задыхаются.

Стенки ее киски сжимаются вокруг моего члена, когда она кончает, и я удерживаю ее на месте, вонзаясь в нее снова и снова, пока мой член не извергается глубоко внутри нее, пульсируя вместе с ее киской.

В глазах у меня на секунду темнеет, когда наслаждение проносится по мне, и я откидываю голову назад, издавая протяжный стон, отдающийся эхом:

Вайолет прижимается ко мне, вода — единственная причина, по которой мы обе не покрыты потом.

— Это было невероятно, — шепчет она мне на ухо, и мне чертовски нравится, как у нее перехватило дыхание от моих слов. — Ты невероятный.

Я замираю. Ни одна девушка никогда раньше не говорила мне такого.

Я провел последние несколько месяцев, мучая ее, наказывая за то, что она оборвала жизнь моей сестры в результате несчастного случая. И она все еще думает, что я невероятный.

Мое сердце бешено колотится, когда я притягиваю ее ближе к себе, и не только потому, что пять секунд назад я кончил внутри нее. Я откидываю ее мокрые волосы за плечи, чтобы прошептать эти слова прямо ей на ухо. Слова, о которых мне страшно даже подумать, не говоря уже о том, чтобы произнести. Но после всего, через что я заставил ее пройти, она заслуживает того, чтобы услышать их.

— Я влюбляюсь в тебя, Вайолет.

В библиотеке я проверяю свой телефон. Никаких уведомлений. Несмотря на то, что мы живем в одной комнате, мы с Анисой не разговаривали с тех пор, как я обвинила ее в том, что она ходила к декану Форрестеру, а она это отрицала.